Орла покачала своей длинной шеей, издав тихий, щелкающий звук. Я обвел взглядом задний план: и трусоватый Мокрец, и бледный Иглыш, и даже Шептун — все они стояли и внимательно слушали. И я понимал, что у нас может стать на четырех союзников больше.
— Ты знал, что в нем метка? — Рыхлый указал пальцем на лежащего без сознания тощего Нельма.
Кила смерил Рыхлого долгим, тяжелым взглядом.
— Знал.
— А это не те двое, что сегодня утром ушли с заднего двора? — спросил я.
— Не те, — подал голос Клык. — Это… другие.
Я кивнул.
— Именно потому, что я знал про метку, — вдруг вспыхнул и произнес Кила, — я ему и помогал!
— Поясни, — Грэм шагнул вперед, — Что это значит?
Кила зло сплюнул на землю, но массивный кулак Нурла, угрожающе опустившийся на его ногу, заставил гнилодарца говорить дальше. Видно было, что ему говорить тяжело, — всё же раны ему Грэм нанес нешуточные, — но он говорил.
— Потому что Нельм, если мы не сделаем то, что от нас требуют… подохнет! — процедил он, — А он мой друг, ясно вам? И я не хочу, чтобы он подох из-за того, что мы не выполнили приказ.
Ясно. Значит этот Кила знает как именно работает эта черная дрянь в его друге.
— Клык, — Нурл повернул голову к костнику. — Ты через это прошел. Может такая штука, как у тебя внутри была, убить? Он говорит правду?
— Может, — ровно ответил Клык. — Но только если ничего не делать. Мне как видишь…помогли.
— Кила, приказ от кого? — уточнил Рыхлый. — Ты сказал, что вы должны выполнить приказ. Чей?
— Приказ дал Целитель, но нужна эта тварь не ему. — ответил он.
Думаю, будь Морна в своей нормальной форме, за слово «тварь» гнилодарец отправился бы на тот свет.
— А кому? — спросил я.
— Чернобрюхому. Лучше живой, но мертвой тоже пойдет. — ответил тот.
Я стиснул зубы. Вот как! Значит Чернобрюхий так и не оставил попытки достать Морну. Сейчас так и вовсе идеальный вариант: она слабая и истощенная. Много ей не надо.
Морна рядом со мной застыла, словно каменная статуя, только ее дыхание стало еще более частым. Для нее Чернобрюхий был старой проблемой и…болезненным воспоминанием — частью той жизни в глубинах.
Внезапно со стороны лежащего Нельма послышался тихий стон. Тощий пришел в себя, причем последние слова друга он слышал. Он мутным взглядом обвел собравшихся и хрипло произнес:
— И что бы вы сделали на нашем месте? Да, мы должны были схватить эту тварь Измененную. И что? Чья жизнь ценнее, моя? Или ее? Для меня моя. Как будто любой из вас сделал бы по-другому.
— Что ж он сам не пошлет своих людей или своих мутантов? — спокойно спросил я, игнорируя его слова, — Почему Чернобрюхий действует через Целителя и вас?
— Потому что так удобнее, — Нельм закашлялся. — Зачем тратить своих, рисковать стаей, вылезая к поселкам, если можно приказать Целителю, а тот заставит таких, как я? Чужими руками жар загребать всегда проще.
Я же подумал, что возможно дело в другом: он уже потерял одного из своей стаи в попытке достать Морну и, скорее всего, не хотел рисковать еще и терять людей. А это уже как минимум значит, что именно в ресурсах своей стаи он ограничен и не может терять их направо и налево. Ну а то, что он сотрудничает с Целителем, было абсолютно логично и очевидно.
Повисло тяжелое молчание. Нельм не отпирался. Вообще. И это меня удивило: я-то думал, что сейчас начнется что-то вроде допроса, но нет. Нельм смотрел на нас с обреченностью приговоренного, и, похоже, говорил абсолютную правду.
— Хорошо, даже если вы не соврали, — нарушил тишину бас Нурла. — Это не оправдывает вас двоих. Во всяком случае тебя, Кила. Ты был свободен и мог просто уйти и не делать этого, в то время как Нельм…если его прижали, то, допустим, выбора у него не было.
— А ты что, Нурл, бросил бы своего друга, а⁈ — возмутился Кила, — Ради какой-то бабы-Измененной, которая даже не из наших⁈ Какое мне дело до Морны, если подохнет мой друг⁈ Тем более, какая разница — не мы, так найдут кого-то другого! Ее всё равно достанут!
Морна помрачнела еще сильнее. Самым паршивым было то, что слова этого предателя звучали логично. Для Килы жизнь друга стоила больше жизней всех остальных. А Морна действительно ему никто.