Марина. Это она написала и даже пела. Вообще, это самая лучшая группа К-поп. У них уже куча дисков выпущена за четыре года. Другие группы только по одной-две песни делают в год, а эти всех опередили. В Японию они поедут в сентябре. Если смотреть пресс-релизы «ЯГ Интертеймент», это их музыкальное агентство, если не знаешь, то обещано лазерное шоу с песнями и танцами.
США
Майкл. Это кто такая? Впервые вижу!
Джоан. Это Лалиса Манобан, из группы «Блэк Пинк», из Южной Кореи.
Сэм. Никогда не слышал, чтобы корейцы так чисто пели на английском языке…
Джоан. Она не кореянка, а тайка.
Сэм. Тайка? А это кто?
Майкл. Ха, ха, ха! Учи географию. Есть страна Таиланд. Там шестьдесят миллионов этих тайцев живёт. Она оттуда.
Ник Ким. Я кореец. Правда, родился, здесь, в Америке. В первый раз слышу об этой Лалисе. Правда, поёт она хорошо…
Элис. Неучи. Она из группы «Блэк Пинк». «Гангам стайл» хорошо пляшете, а то, что она его выдумала, не знаете?
Ник Ким. Даже так? Подожди, позвоню родственникам в Сеул. Может они что-нибудь про эту Лалису, знают?
Место действия: Южная Корея, Сеул, «музыкальный дом номер семь» лэйбла «ЯГ Интертеймент.
Время действия: седьмое апреля, две тысячи четырнадцатый год, утро.
Опять просыпаюсь рано. Лежу, вставать неохота. Вроде всё нормализовалось. Через трое суток летим с Ёной в Париж. Там она не была. Поэтому интересуется, что ей с собой брать, и что будет на Неделе моды. Ура теперь на всех баннерах рекламирует американскую продукцию. Её онни, Бо Рам, усиленно готовится к японскому турне. Это её единственный шанс, чтобы вместе с «Блэк Пинк» и «КюБС» взлететь на вершину. Ладно, посмотрим, что у нас получится. Японцы обещают сделать всё на мировом уровне – это я про лазерное шоу. Наша задача синхронизировать песни и танцы с этим фейерверком лазерных лучей. Каждый день проходим, тренировки в офисе на имитаторе, который привезли из Токио. Постепенно начинает получаться. Соня возится с заказами. Теперь они начали приходить чуть ли не со всего света. Трудно быть гением! Ладно. пойду. Покушаю, пока все спят…
В школе, как всегда, опять сцепился с учительницей корейской грамматики и литературы. Никак она не поймёт, что мне, как иностранке, можно вообще не сдавать их Сунын. А если и буду сдавать, то могу вычеркнуть из списков её грамматику и литературу! Просто, сижу на уроке ради Ёны. Ей ведь надо будет сдать всю эту лабуду, а она некоторое не понимает, и наизусть выучить не может. Приходится ей объяснять популярно, а не каким-то замшелым языком грамматики. Вот и выходит, что я сам, должен. по крайней мере, не плавать в этом предмете. Поругались мы из-за одного глагола. Но вышло, что зря. Это единственный случай, когда я и училка оказались правы оба.
Когда она нажаловалась на меня директору Ю, тот вызвал меня к себе в кабинет. и приказал извиниться перед учительницей. Я отказался, сославшись на то, что на она учит детей по устаревшей методике. Господин Ю ничего не сказал, но позвонил своему сонбэ в Академию корейской словесности. Там заинтересовались этим случаем. Подняли учёных-филологов. И те прояснили ситуацию с употреблением проклятого глагола. Получив письменное уведомление из официального органа, директор Ю вызвал меня и училку, и показал обоим заключение экспертов…
Он просил не оглашать этот случай, на что противоборствующие стороны согласились. Но после этого училка перестала меня задирать, а я прекратил свои наезды на грамматику.
Так, что у нас по расписанию? Ура! Физкультура! Будем в зале волейбол играть!