— Сколько у нас времени?
Я прищурилась, пытаясь понять, к чему он клонит, но Том тут же уточнил, приподняв руку и давая понять, что перебивать его не стоит:
— Ты куда-то ходила. Я не спрашиваю, что именно ты узнала, но у тебя явно был какой-то план по «Поддержанию». Сколько у нас времени до того, как ты получишь свой контакт? Предполагаю, начало всего этого бардака стало для тебя неожиданностью, но ты явно лучше нас представляешь, что там сейчас творится.
Я напряглась, не уверенная, хочу ли вообще обсуждать это с ним, но все-таки признала:
— Сутки. Может быть, меньше. Я жду контакта, но уже не могу гарантировать, что он состоится.
Последняя фраза прозвучала гораздо тише и неувереннее, чем я планировала, и Том отчетливо уловил мои сомнения. В его глазах мелькнуло понимание, но он не стал заострять на этом внимания.
— Пока ты ждешь, у меня появилась одна идея, — спокойно сказал он.
Я вопросительно вскинула бровь, давая понять, что жду подробностей. Том посмотрел на меня внимательнее и вдруг совершенно серьезно предложил:
— Хочу пригласить тебя на свидание.
От неожиданности я едва не поперхнулась воздухом, рассмеявшись и закашлявшись одновременно. Он аккуратно похлопал меня по спине, пока я приходила в себя, а затем отстранился, глядя с легкой насмешкой.
— Уж не в «Поддержание» ли? — саркастично уточнила я, рассматривая его со смесью раздражения и любопытства.
— А тут есть другие интересные места? — невозмутимо ответил он, едва заметно улыбнувшись уголком губ.
Я снова хмыкнула, уже спокойнее:
— Допустим. Выкладывай.
Том заговорил твердым голосом, точно заранее продумал каждое слово:
— Лучшее время — начало пересменки охраны. Сейчас у них там полнейший хаос, нет нормальной связи, все системы безопасности барахлят. Люди вымотаны, злы и дезориентированы. Ночная смена будет думать только о том, как поскорее выбраться наружу. Их бдительность сведена к минимуму.
Я прокрутила его слова в голове и кивнула:
— Если зайти в самом начале пересменки, шансы действительно высокие. Охрана будет думать не о нас, а о том, как быстрее свалить домой и завалиться спать.
— Нам понадобится форма, — тут же добавил Том. — Без нее мы внутрь не пройдем.
— У нас есть ночь, чтобы ее раздобыть, — подтвердила я, внимательно глядя ему в глаза. — Но если ты задумал какое-то дерьмо, Том, и пытаешься отвлечь меня или увести…
Он поднял ладонь, прерывая мою угрозу, и устало улыбнулся:
— Все, твои угрозы уже прибыли по адресу. Теперь давай о другом. Ты сможешь со мной работать в команде? Настоящей командой? Если что-то пойдет не так…
— Оно всегда идет не так, — перебила я его, не дав закончить мысль. — И я не дам тебе умереть раньше времени, не рассчитывай настолько легко от меня избавиться.
Том кивнул, серьезно задумавшись, затем неожиданно спросил почти с нежностью:
— Почему ты упорно пытаешься меня возненавидеть, Чарли? Даже когда мы оказываемся в одной постели?
От его слов внутри что-то предательски дрогнуло, а щеки вспыхнули непрошеным жаром. Я замерла на мгновение, растерянная и смущенная, затем собралась и негромко усмехнулась, пряча уязвимость под привычной броней сарказма:
— Ты уверен, что я там именно ненавидеть пытаюсь?
Он улыбнулся шире и наклонился ближе, пристально глядя в мои глаза:
— Абсолютно. Ты всеми силами заставляешь себя поверить, что ненавидишь меня, только выходит это у тебя довольно неубедительно. Я привык к общей ненависти, но у тебя она всегда получается какой-то слишком личной.
— Ну конечно, — пробормотала я, упрямо отводя взгляд и чувствуя, как серьезность разговора постепенно ускользает от меня. — Просто ты достаешь меня больше всех остальных вместе взятых.