Симбиоз. Моя чужая вина: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Дверь скрипнула и сдвинулась в сторону, открывая за собой другую — гладкую и более новую. Том заинтересованно прищурился, шагнул ближе ко мне. Я напряглась, ощутив тепло его тела. Пальцы легонько задели мою ладонь.

— Летает? — спросил он, критически осматривая трейлер и будто не замечая, как близко находится.

— Летает, ездит… — бодро отозвался Финн.

— …ржавеет и тухнет, — закончила я с иронией, стараясь сохранить равнодушие, но почувствовала раздражение, когда Том все же отступил в сторону, пропуская меня первой.

Внутри было гораздо просторнее, чем казалось снаружи. Стены были плотно увешаны электроникой, мониторами, терминалами и бесконечными проводами, которые паутиной свисали отовсюду. В центре стояли три вращающихся стула. Один из них тут же занял Финн, явно довольный вниманием Тома.

Напряжение внутри меня нарастало. С каждым словом, произнесенным Финном, я боялась, что Том осознает безумие нашего маленького предприятия и поймет, насколько велик риск. Я бросила осторожный взгляд на Тома. Он внимательно изучал обстановку, однако постоянно оказывался ближе, чем следовало бы. Его плечо почти касалось моего, заставляя меня невольно тянуться к нему.

— Подготовка неплохая, — отметил Том, рассматривая экраны. — Прямой доступ к системам «Поддержания»?

Финн буквально засиял от гордости и тут же пустился в подробный рассказ о том, как они все это подключали и сколько невероятных усилий это стоило. Том слушал молча, скрестив руки на груди, и его локоть снова коснулся моего плеча. Я вздрогнула, но не отстранилась, сосредоточенно глядя на монитор, будто это могло скрыть мое смущение.

— Короче, — наконец спохватился Финн и посмотрел на меня в ожидании разрешения.

Я кивнула, и он вывел на экран фотографию девочки с бледным серьезным лицом.

— Анна Фелльманн, хаарс, предположительно пятнадцати лет. Плюс-минус. Дочь одного из ученых «Поддержания». — Финн помолчал, затем не удержался и добавил с сарказмом: — Или его эксперимент.

Я усмехнулась, не удержавшись от комментария:

— Точно эксперимент. — Потом добавила: — Снаружи она почти не появляется. Всегда внизу. Видится только с отцом и Бригером. Но иногда ее выводят погулять.

— А вы-то тут при чем? — нахмурился Том, поворачиваясь ко мне и внимательно глядя в лицо.

— Мы там работали. До недавнего времени.

— С тех пор, как ее привезли, — вступил Финн, — в «Поддержании» все изменилось. Под исследования выделили целый этаж, сотрудников массово увольняли, новых набирали под двойную подписку о неразглашении. Чарли, кстати, не взяли.

— И не хотелось! — хмыкнула я.

Финн с готовностью продолжил, изображая важность:

— Конечно, не хотелось! Чарли у нас важная птица в охране была. Правда, до персональной гвардии Бригера не доросла. Личного контакта не хватило!

— Заткнись, Финн, — процедила я, ощущая, как щеки начинают гореть, особенно от того, как Том иронично взглянул на меня. — Суть не в этом. Бригер обещал прорыв, но вместо этого закрыл медицинский отдел, оборонку, вообще все.

— Наш шеф рвал и метал, — добавил Финн уже серьезнее. — Особенно когда медицинку прикрыли.

— Дело всей его жизни, — сказала я, вспомнив отчаяние и злость шефа. — Потом начали пропадать люди с нижних этажей. Мою сестру тоже перевели вниз, а потом она просто не вернулась. Меня туда не пустили, велели забыть. Я пригрозила полицией, а в итоге сама попала в экспериментальную регенерационку.

— Работает, — заметил Финн с гордостью.

— А потом шеф разорвал все связи с Бригером и приказал уничтожить информацию и оборудование. Мы сделали, что успели, и сбежали вместе с ним. Теперь мы здесь.

Том молчал, его лицо оставалось непроницаемым, и от этого мое беспокойство усиливалось.

— Значит, вы клуб недовольных бывших сотрудников, — наконец прокомментировал он.

— Не совсем, — ответила я. — Дело не только в работе. Уверена, что шеф узнал что-то важное. Настолько, что они с Бригером стали смертельными врагами.

— А раньше были друзьями? — уточнил Том.

— Очень давно, — подтвердил Финн.

— Но шеф слишком эмоционален, — вздохнула я. — Оставаться там стало слишком опасно.