- А тебя принуждали? - Аман садится тоже рядом с костром. - Ты должна была это сделать?
- Замужество - не моя обязанность, - я выровняла спинку и посмотрела на мужчину. - Но император захотел, и я не смогла бы отказаться. Он слишком много сделал для меня. Но и выйти замуж не по любви - для меня дико.
- О, ты веришь в это чувство? - улыбнулся Аман. - По мне, оно так же дико, как те ненормальные из заброшенного города. Любви не существует.
- Пока в неё веришь, существует, - смотрю ему в глаза. - То, что у тебя был горький опыт, натолкнуло тебя на подобные рассуждения. Но это всего лишь твоё мнение. И оно может быть ошибочным.
- Да, у меня был опыт, - кивнул он. - Но я не верю в неё просто потому, что это надуманное чувство, которое заставляет закрыть глаза на недостатки партнёра. Ты просто ещё глупенькая маленькая девочка, не способная это понять.
- Пусть так. Но я могу верить в то, во что хочу. А ты - в то, во что ты хочешь.
- Такая упрямая. Мне нравится, когда ты споришь и отстаиваешь свою позицию, - Эвар тоже ухмыльнулся. - Кажется, даже хорошо, что ты не успела выйти замуж.
У Релона я привыкла к самым изысканным блюдам, приготовленным лучшими поварами, и нежнейшим деликатесам. Но и эта простая еда, приготовленная над открытым огнём, кажется необыкновенно вкусной. То ли потому, что я никогда так много не двигалась и потому ужасно голодная, то ли просто потому, что местные виды животных и растений действительно вкусные, не испорченные цивилизацией. Когда Релон колонизирует эту планетку, у меня будет возможность подробнее во всём разобраться и оценить, что именно делает эту еду такой аппетитной.
Я мстительно поджала губы, вспомнив ужасающую картину, которая всё ещё стояла у меня перед взором, стоило только прикрыть веки. Тело бедного Кера, висящее на цепях, было жестоко изуродовано. Дикари! Мерзкие, жестокие дикари! Руки непроизвольно сжались в кулаки, а внутри закипала ярость.
- Эй-эй, высочество, в чём дело? Хватит думать так громко, детка. Смотри вперёд и не оглядывайся назад, что бы ты там ни оставила. - Голос Амана выдернул меня из вихря негативных мыслей.
- Легко тебе говорить. - я тут же огрызнулась. Они-то никого не потеряли!
Мы едим какую-то рассыпчатую, ароматную кашу из общего котелка, черпая странными металлическими ложками с длинными ручками. Закончив трапезу, Аман с чувством облизал свою ложку со всех сторон и спрятал в рюкзак. Правильно, ведь чем тут её мыть? Вода, что во флягах варваров, безопасная, её можно пить, не боясь потом искать укромные кусты каждые двадцать метров... А потому эту драгоценную влагу надо беречь.
Повторяю действие, с удовольствием слизывая с ложки остатки наваристой каши, и вдруг натыкаюсь на пристальные взгляды двух пар тёмных глаз. И что-то в них есть такое, отчего у меня по спине мурашки прошлись.
- Ч-что? - поднимаю брови.
- Ничего, Лита. - хрипло и вкрадчиво говорит Эвар. - Ты продолжай. У тебя хорошо получается.
- Что продолжать? Я - всё. На. - протягиваю ему сверкающую чистотой, тщательно облизанную ложку.
Он разочарованно вздыхает, берёт её двумя пальцами и прячет в рюкзак. Что ж, мы поели.
- Теперь можно снова поговорить?
Оба брата кивают гривами.
- Вы сказали, что там, - я кивнула в сторону амбара, - может быть техника. Но нас, ведь, не устроит обычная техника. Вы видели здесь джеты? Или флайеры? Что-то, что летает на небольшой высоте?
- Умница. - хмыкнул Эвар. - Всего один раз нам с братом показалось, что мы видели что-то летящее. Но это было очень далеко.
- Может, это была птица?
Аман покачал головой.
- Нет. Птица не меняет так направление полёта. Это точно было что-то пилотируемое. Но не факт, что оно в этом ангаре.
Я тяжело вздохнула, чувствуя, как усталость накатывает волнами. Было бы намного легче лететь над бескрайними джунглями, чем пробираться сквозь их густые заросли, продираясь сквозь лианы и колючие кусты. Всё-таки мне трудно, и с каждым шагом становится всё сложнее. Даже учитывая, что половину пути меня несли на спине, я выбилась из сил и мне отчаянно не хватало кислорода в этом влажном, душном воздухе.
- Что, если у них оружие получше, чем у вас? Если вас ранят или убьют?
Эвар хмыкнул.
- Ты за кого переживаешь, высочество? За нас или за себя?
Я открываю рот, чувствуя, как пересохло в горле, чтобы ответить, как следует, и замираю. Мысль, что я искренне переживаю за этих двух незнакомых мужчин, становится для меня настоящим откровением. Как так получилось, что я успела привязаться к ним, сжиться и сроднится за какие-то несколько коротких дней, проведенных вместе в этих бескрайних‚ непроходимых джунглях?
- Не важно, за кого я переживаю. Если кого-то из нас ранят, все остальные обречены. Вот, что главное. Вы не знаете этих мест, не знаете, с чем и с кем столкнётесь у склада. Лучше уходить отсюда, - как по мне, я звучу рационально. Почему они этого не понимают?