Выглядел он в самом деле внушительно, так что Валерка даже несколько запереживал, не перегнул ли он с шутками. Всё же живой человек, хоть и чародей.
— А ты чего тут хихикаешь, — обернулся он к Валерке, и тот поспешил принять вид серьезный и виноватый, но чародея уже было не разжалобить. — Думаешь, смешно?! Научилась дурака валять и мнишь себя великой чародейкой?! Так?!
— Нет, — помотал он головой, — дурака валять я не научилась еще, но работаю в этом направлении.
«Зачем ты его злишь?» — вскричала Лерка.
— Значит так, — чародей внезапно успокоился и повернулся к Ваньке. — Ты чтоб до полудня все дрова переколол. Иначе до вечера будешь всё делать, а то и до утра. Это про неё уговор был, чтоб домой отпускать, дел, мол, много. А у тебя, дурака, какие дела? В обучение поступил, так учись!
— Справедливо, — поддержал чародея Валерка. — Запросто могу вольную оформить. Или его чародейшеству тебя продать.
— Много не дам, — отмахнулся чародей.
— Да разве ж я любимому учителю скидку не сделаю, — промурлыкал Валерка и почувствовал, что уж как-то слишком игриво прозвучало. Чародей прищурился заинтересованно.
— Не губите, барыня, — взмолился парень и рухнул на колени. — Сей же час всё сделаю.
— Не будешь больше филонить?
— Ведать не ведаю о таком грехе страшном, но вот вам крест, уже встал на путь исправления я, сей же час приступлю к учебе!
Ванька отполз на коленях и, схватив топор, попытался рубить дрова прям так, не вставая с колен.
— Нормально руби, — отмахнулся чародей. — А ты со мной пошли!
«Вале-е-е-р, — проныла Лерка. — Я его боюсь! Он старый и страшный! Зачем ты над ним шутишь?!»
— Да не такой уж и старый, — пробормотал Валерка себе под нос. — Ну и не страшный. Не красавец, конечно, но девкам такие нравятся. Иногда. И голос очень приятный…
— Что ты там бормочешь, блаженная, — дернул его за руку чародей, да так сильно, что Валерка не удержался на ногах и едва себе нос о чародейское плечо не расквасил.
— Эй, поаккуратнее, пожалуйста, — буркнул, отстраняясь и этим самым носом шмыгая.
— Значит так, — чародей резко остановился в кухне, так что парень опять едва не налетел на него. — Нет, тут мы уже всё сделали, что могли.
Он прошел в кабинет и кивнул Валерке, чтоб тот встал в центре.
— Может, мне табуретку с кухни принести?
— Стоя постоишь, — отмахнулся чародей, устраиваясь в своем кресле поудобнее. — Молодая еще, да и в целом тебе полезно. Через голову знания не доходят, попробуем через ноги вложить. Мой учитель вот порку очень уважал, но ты хилая какая-то, да и с этого мы в общем-то познакомились.
Чародей как-то странно посмотрел на парня и замолчал.
— Кстати, раздевайся!
— Ага, щас! — Валерка на всякий случай отскочил. — Не знаю, какие у вас там в вашей Школе воспитательные методы, но я вам челюсть сверну. А вы и так нифига не красавец.
Чародей посмотрел на Валерку еще более странно и снизошел до объяснений:
— В покалеченном теле сила чародейская течет неравномерно. А по моим воспоминаниям досталось тебе будь здоров.
— Спасибо за заботу, — процедил Валерка сквозь зубы, — только мы с Аглаей почти всё исправили. Так что хрен вам, а не раздевайтесь.
Чародей прикрыл глаза и погрузился в раздумья. Валерка на всякий случай приготовился к драке. В основном морально.
— Хм, в самом деле, насколько я вижу, никаких серьезных повреждений нет, — наконец вымолвил чародей. — Тогда будь добра, возьми вон ту книгу на полке, да-да, про гимнастику для рук. С неё и начнем.
Когда в ворота забухали, Валерка был готов броситься на шею кому угодно, лишь бы эта пытка прекратилась. Чародей отыгрался за всё: и за фасоль, и за сисястую блондинку, и за гнусные подозрения в его адрес, и просто на будущее.