Маска безразличия слетает с лица девушки и её прорывает:
— Шалость? Да я люблю его, а ты вечно путаешься под ногами. Когда я вас увидела, я окончательно поняла… насколько же Демиду плевать на меня… Он даже не извинился… А я столько терпела. Верила, что когда-нибудь он станет моим…
Девушка устало откидывается на спинку замшевого дивана, скрещивает руки на груди и чуть менее эмоционально продолжает:
— Ещё в Лондоне он залипал у тебя в соцсетях, хранил твои вещи… Конечно, Демид никогда не скрывал, что у него ко мне лишь сексуальный интерес. Ничего не обещал. Знаю. Естественно, то, что он трахал меня, а сох всё время по тебе, всегда жутко бесило…
От её слов меня замутило… Плевать, это прошлое. И у меня оно есть. Демиду тоже досталось, пока я была с Алексом.
— Потом он закончил учёбу и вернулся в Россию. Поддерживал со мной дружеское общение. Но я была готова на всё. Я собиралась за него замуж, всё придумала. И вдруг Ида снизошла до Демида, — спутанно продолжает Беверли. — Я держалась до последнего. Пережила твою беременность, вашу чёртову свадьбу. Да. Ты права. Я опустилась на самое дно… Я перепробовала всё, что только пришло мне в голову. Но ему нужна только ты. Ни разу он не удостоил меня даже взглядом, которым смотрит на тебя…
Официант приносит заказ, и девушка замолкает. В несколько глотков выпивает содержимое своего стакана. Морщится. Со стуком ставит его на стол и, сверкая глазами, возобновляет свою речь:
— Если бы Демид любил меня… Сходил бы с ума по мне, так, как по тебе… Ты даже не представляешь, что он устроил после моего представления…
Могу себе представить. Я видела Глеба. От этого воспоминания сильное напряжение сковывает моё тело и давит на виски.
— Думала, он меня убьёт. Как одержимый набросился, тряс… Я и не подозревала, что его можно довести до такого состояния. И всё из-за тебя. Ну почему ты, а не я?! — продолжает говорить девушка, еле ворочая заплетающимся языком.
Подвыпившая Беверли, видимо, перепутала меня со своей подружкой, раз так разоткровенничалась.
— Когда я увидела вас, выходящими из моей спальни… Было нетрудно догадаться, что вы там делали… И что Демиду абсолютно пофиг на меня. Это было последней каплей. Во мне что-то щёлкнуло. Я поняла, что проиграла. И мне захотелось, только одного. Мести.
— Ты разрушила нашу семью! — шепчу я, обнимая себя за плечи.
— Значит, не такая уж и крепкая она у вас была! Раз так легко было её разрушить, — горько отвечает Беверли.
Вцепляюсь руками в стол. Придвигаясь ближе, гневно шиплю:
— Легко? Да ты всё подстроила. Причём очень грамотно. Ты заставила меня поверить, что Демид мне изменяет!
— Заставила? Детка, ты мне льстишь! Да если бы Демид был моим, я бы никогда не усомнилась в нём. Не поверила бы своим ушам, глазам… А ему бы поверила! — горячо говорит Беверли. — Если бы он любил меня, я бы никогда его не отпустила. А может, ты его не любишь? Тогда оставь его мне… Или ты уже его бросила? Ты сказала, я разрушила семью?! Значит, Демид теперь свободен?
Не веря своим ушам, неосознанно повышаю тон:
— Ты больная?! Ты не нужна ему!
Но увидев перекошенное лицо Беверли, замолкаю. Опускаю взгляд на чашку чая. Делаю глоток.
Не сто́ит связываться с этой психопаткой. Меня и ребёнка теперь даже защитить некому. Пока некому. И тем не менее…
— Беверли, правда, в глубине души ты же всё понимаешь, — говорю я, более спокойным тоном. — Оставь нас в покое, живи дальше. Ты молодая, красивая…
— И мёртвая, — перебивает меня девушка, пряча глаза под затемнённые очки.
Боже, что за чушь она несёт. Она явно не в себе…
— После моей выходки, дорогой папочка решил окончательно избавиться от меня. Но Фрэнк Найт всё делает с пользой для себя и своей любимой компании… Как всегда, выгода на первом месте, — Беверли надевает капюшон и продолжает: — Он бредит своим проектом в России. Нашёл нового партнёра и теперь выдаёт меня замуж за местного… Как это по-русски?!.. Мажора.
Закатывает глаза, корчит гримасу:
— Имя у него ещё такое дурацкое… Герман. Герман Шмидт, — горько усмехается: — Моя новая жертва.
Я молчу, а Беверли, вставая со своего места, невнятно бормочет:
— Не знаю, зачем я рассказываю тебе всё это?! — и пряча руки в карманы, уверенно продолжает: — Разговор окончен. Надеюсь, больше не увидимся!
Разворачивается и, низко опустив голову, уходит. Провожаю взглядом сгорбленную фигуру… Даже немного жалко её. Самую малость!