Лика ковыляла по больничному коридору, яростно вбивая наконечник костыля в стерильный линолеум. Каждый шаг отзывался тупой болью в бедре, но она лишь плотнее сжимала челюсти. Позади, словно назойливая тень, семенила Миён, размахивая выпиской и списком лекарств.
— Лика! Остановись, безумная! — причитала Миён, едва поспевая за подругой. — Три дня! Ты пролежала всего три дня после того, как тебя похитили и избили! Тебе нужен покой, капельницы, а не этот марафон на костылях!
Лика резко затормозила у автоматических дверей выхода, и Миён едва не врезалась ей в спину. Лика обернулась, на её бледном лице играла горькая, колючая усмешка.
— Ой, Миён, избавь меня от своих лекций, — протянула она с неприкрытым сарказмом. — Подумаешь, нога болит. Знаешь, в чем плюс? Если она болит, значит, она всё еще на месте и не превратилась в декоративный элемент к моему телу. Это же отличная новость, правда?
— Это не смешно! — всплеснула руками Миён. — Ты едва стоишь! Неужели ты... ты серьезно собралась сама искать Бэка? В таком состоянии?
Лика замерла. Воздух вокруг неё будто похолодал. Она медленно повернулась к подруге, и в её глазах, обычно теплых и мягких, Миён увидела стальной блеск, которого раньше никогда не было.
— А что, если и так? — тихо, но отчетливо спросила Лика. — Это теперь противозаконно — искать любимого человека, который спас тебя от придурковатого чела. Может, мне нужно получить лицензию на беспокойство о собственном мужчине?
— Лика, не сходи с ума! — Миён попыталась взять её за локоть. — Этим занимаются профессионалы. Спасатели прочесывают реку, полиция работает...
— Спасатели? — Лика издала короткий, сухой смешок, больше похожий на лай. — Если бы эти «профессионалы» работали так, как ты рассказываешь, Бэк бы сейчас сидел в моей палате и чистил мне яблоки, а не дрейфовал где-то в ледяной воде.
Она сделала шаг вперед, угрожающе качнув костылем в сторону выхода.
— Послушай меня внимательно, дорогая. Я иду искать его. И если кто-то — я подчеркиваю, кто-то — решит встать у меня на пути или попытается затащить меня обратно в эту вонючую палату... он получит этим самым костылем по роже. И поверь мне, Миён, я не посмотрю на нашу дружбу. Мой костыль не выбирает фаворитов, он бьет всех одинаково качественно.
Миён застыла с открытым ртом, а Лика, не дожидаясь ответа, толкнула плечом дверь и вышла на улицу.
Лика и Миён едва успели дойти до края парковки, когда тишину вечера разрезал визг дорогой резины. Черный представительский седан, блестящий в свете фонарей, словно чешуя хищной рыбы, преградил им путь. Стекло задней двери медленно поползло вниз, открывая лицо Кан Хун Чховена.
— Далеко вы собрались? — его голос был обманчиво мягким, с легким налетом покровительства. — В таком состоянии вам лучше не разгуливать по городу. Садитесь, я подвезу.
Лика оперлась на костыль, глядя на него сверху вниз с таким выражением, будто перед ней была куча мусора, а не один из самых влиятельных людей.
— У меня есть кому меня подвезти, господин Чховен, — отрезала она, намеренно опуская все формальные обращения. — И этот «кто-то» явно приятнее в общении, чем человек, от которого за версту несет дешевым одеколоном и дорогими грехами. Езжайте мимо, пока я не поцарапала вашу полировку своим костылем.
Миён в ужасе вцепилась в локоть подруги. Чховен лишь тонко улыбнулся, хотя в его глазах на мгновение промелькнула опасная искра.
— Ваша дерзость сейчас абсолютно не к месту. Сейчас не время для сцен. Нам есть что обсудить. О Бэке. О его... «исчезновении». Садитесь в машину.
Лика замерла. Упоминание Бэка подействовало как удар током. Она понимала, что садиться в машину к этому человеку — всё равно что прыгать в клетку к тигру.
— Ладно, — Лика повернулась к побледневшей Миён. — Иди домой.
— Лика, нет! — Миён едва не плакала, пытаясь удержать её. — Это ловушка! Не делай этого!
— Спокойно, Миён, — Лика похлопала подругу по руке, а затем снова посмотрела на Чховена. — Учтите, господин Кан Хун, если со мной что-то случится, или если я просто не выйду на связь через час, я лично вырву вам кадык этим костылем. Даже если мне придется сделать это уже в морге.
Чховен коротко усмехнулся, откидываясь на кожаное сиденье.
— Поверь, девочка, мне сейчас не до убийств. У меня и так слишком много незавершенных дел.
Лика обернулась к Миён, которая всё еще пыталась её отговорить.
— Увидимся завтра. А если что-то пойдет не так... — Лика понизила голос до заговорщицкого шепота, — готовь свой самый мощный заговор на понос для этого индюка. Чтобы он из туалета не вылезал до следующего полнолуния.
Миён нервно хихикнула сквозь слезы, а Лика, превозмогая боль в ноге, втиснулась в салон автомобиля. Дверь захлопнулась с глухим, тяжелым звуком, отрезая её от внешнего мира.
Лика смотрела на Чховена в упор, не мигая. В салона его лицо казалось восковой маской, лишенной человеческих эмоций. Она чувствовала, как внутри всё сжимается от нехорошего предчувствия, но голос её оставался твердым.
— Говорите, что хотели, — бросила она. — Что с Бэком? Его нашли?
Чховен неспешно, с каким-то педантичным изяществом поправил воротник своей белоснежной рубашки. Он выдержал паузу, наслаждаясь моментом власти.