— Да, — ответил я, и в моем тоне прозвучал намек на оборонительные нотки.
— Он пушистый, — пробормотала она, проводя рукой по ткани.
— Удобный, — поправил я.
— Уютный.
Я хмыкнул и взял ее лицо в ладони.
— Ты как?
Ридли кивнула.
— Не сломаюсь.
— Это моя девочка. — Я отпустил ее и скользнул обратно в гардеробную, быстро переодевшись в джинсы и футболку. Но дверь я оставил открытой. Не мог вынести того, чтобы хоть на секунду не смотреть на Ридли. Сигнализация была включена, а двери заперты, но я все равно не собирался рисковать.
Быстро переодевшись, вернулся в спальню и, взяв Ридли за руку, повел обратно в гостиную. Как только мы сели на диван, Боузер опустил голову на колени Ридли. Ее свободная рука тут же принялась чесать и гладить, но другая по-прежнему держала телефон в смертельной хватке.
Я старался, чтобы мой голос звучал ровно и спокойно, хотя гнев накатывал огненными волнами.
— Можно мне его взять?
Ридли какое-то время не делала никаких движений, чтобы передать мне устройство, а просто продолжала гладить Боузера. Наконец, перевернула устройство и ввела пароль, не сделав ни малейшей попытки скрыть от меня код. Было ли это от шока или она просто говорила, что ей нечего скрывать, я не был уверен.
Осторожно забрал у нее телефон. Приложение Instagram все еще было открыто. Я старался сохранять как можно более нейтральное выражение лица, вчитываясь в бесконечный поток комментариев. Там было бесчисленное множество имен с угрозами и другими отвратительными сообщениями.
Из-за того, что имя Эмерсон упоминалось в нескольких сообщениях, я достал свой собственный телефон и поручил полицейскому дежурить возле ее дома всю ночь. Но вскоре я заметил закономерность. Было всего около двенадцати уникальных фраз и еще меньше имен. Казалось, что кто-то сложил их в банку и продолжает смешивать, чтобы использовать снова и снова. Может быть, какая-то компьютерная программа?
Телефон Ридли пиликнул у меня в руке, и я хмуро посмотрел на экран.
Бейкер: Ради всего святого, позвони мне. Нам нужно разобраться с этим.
Этому придурку нужно было катиться ко всем чертям.
— Мне нужно позвонить ему, — сказала Ридли. Ее голос был тихим, роботизированным. Так не похоже на нее.
— Черта с два.
Она дернулась, и к ее щекам вернулось немного жизни.
— Иначе он никогда не оставит меня в покое.
— Может, это он оставляет комментарии?
У Ридли отвисла челюсть от шока, но он быстро прошел, когда она обдумала эту идею.
— Возможно. Ему нравится любое внимание прессы.
— В этом есть какая-то закономерность. Несколько корневых фраз. Полагаю, это было сделано с помощью какой-то программы. Я хочу передать твой телефон нашим техникам...
Ридли выхватил его у меня из рук.
— Нет.
Я пригвоздил ее к месту пристальным взглядом.
— Это не то, от чего можно просто так отмахнуться.