— Потому что им давно нужно поле, где их умение не простаивает в казармах и не превращается в парадную легенду. А в Зальте сейчас банды, полевые комитеты, остатки частей, дорожные засады, склады оружия, горные тропы и портовые кварталы. Обычная пехота нужна для удержания городов и дорог. Егеря — для чистки. Быстро, жёстко, без красивых отчётов. Они умеют находить тех, кто считает, что лес, горы или трущобы делают его властью.
— Ты предлагаешь использовать Зальту как учебное поле?
— Нет. Как рабочее. Учиться они умеют и на полигонах, а им нужна настоящая задача. А королевству нужна область без бандитов, революционных комитетов, самозваных армий и складских крыс, которые называют себя временной властью.
Зальт поднял глаза.
— Ты понимаешь, что республиканцы назовут это оккупацией.
Ардор пожал плечом.
— Наплевать. Главное, чтобы делали это тихо и из тех мест, где у них нет пулемётов, печатей и казны.
Логрис вернулся к креслу и сел. Он уже не отказывался, но и согласия не давал.
— Ардор, ты слишком легко говоришь о петлях.
— Я легко говорю о доказанном воровстве во время гражданской войны, Ваше Величество. Это разные вещи. Если человек украл хлеб, пока город голодает, он убивает не хуже бандита. Если чиновник списал жалованье на мёртвый батальон, он вооружил врага. Если портовый совет продал оружие обеим сторонам, он продлил войну ради прибыли. Вешать таких дешевле, чем строить для них тюрьмы, кормить их десять лет и слушать адвокатов, объясняющих сложность исторического момента.
— А если ошибёмся?
— Поэтому суд. Быстрый, военный, с документами, свидетелями и правом проверки. Но без игры в бесконечные апелляции, пока человек успевает купить судью, убить свидетеля и уехать в соседнюю страну. Жёсткость не значит глупость. Глупость — это мягкость там, где она кормит следующую банду.
Зальт медленно выдохнул.
— Пятьдесят лет назад я мечтал вернуться иначе.
— Пятьдесят лет назад там была твоя страна, — сказал Ардор. — Сейчас там пожар, склады, порты, банды, голодные люди и несколько флагов, под которыми грабят одни и те же дороги. Возвращаться туда красиво уже поздно. Можно только войти правильно и навсегда.
Логрис сцепил пальцы.
— Мне не нужны новые расходы.
— Их и не будет, кроме армии. Но армия всё равно существует и её всё равно надо кормить, учить и держать в готовности. Так лучше пусть она держит Зальтийскую область, чем ходит по плацу и ждёт, пока следующая беда сама выберет нам место. Расходы на операцию будут, но это не восстановление страны из шардальской казны. Это цена наведения порядка на территории, которая быстро научится кормить себя сама и платить налоги.
— Ты сейчас продаёшь мне войну как экономию.
— Я продаю вам порядок дешевле хаоса. Хаос рядом всё равно придётся оплачивать: беженцами, контрабандой, чужими войсками у портов, пиратами, срывом торговли и тайными обществами, которые просто обожают такие места. Вопрос не в том, платить или не платить. Вопрос в том, платить за чужой пожар у своей границы или один раз прийти с водой, топором и приказом расстреливать тех, кто подливает масло.
Король посмотрел на карту ещё раз. Потом на Зальта.
— Если это делать, Дерган, то только при одном условии.
Зальт поднял голову.
— Я слушаю, Ваше Величество.
— Ты принимаешь генерал-губернаторство над Зальтийской областью. Не как изгнанный герцог, которому я дал красивый шанс вспомнить молодость. Не как частный владелец старых прав. Как мой генерал-губернатор. С королевскими полномочиями, ответственностью перед Шардалом но, разумеется, с правом на жёсткие решения. Ты знаешь эту землю, у тебя есть имя, деньги, опыт управления, флотская служба и достаточно старой злости, чтобы не верить местным комитетам на слово. Без тебя это будет просто захват. С тобой — восстановление порядка через законную историческую фигуру, перешедшую под корону Шардала.
Зальт молчал. На лице у него ничего не изменилось, но Ардор видел, как тяжело легло это условие. Не потому, что Зальт испугался власти. Власти он не боялся. Но принять генерал-губернаторство означало признать: он возвращается не в прошлое, а в новую область чужого королевства, пусть и родственного через дочь, зятя и собственные интересы.
Ардор вмешался раньше, чем молчание стало слишком длинным.
— Тогда скорее адмирал-губернаторство.
Логрис перевёл на него взгляд.
— Что?