А потом еще один. Так, осушив несколько бокалов пойла, которое еле вливалось в рот из-за горечи и крепости, достиг нужной кондиции.
— Какой сладенький, — рядом подсела девица, кусая губы. Этот жест напомнил Оливию, она в последние дни часто так делала.
— Не интересует, — выпил еще один, отворачиваясь от назойливой компании.
— Ууу какой грубый…
— Это кто тут у нас грубит Луне? — за плечо ухватил какой-то бугай, дергая на себя, сбивая меня со стула.
Долго искать никого не пришлось…
И понеслось… То, что мне и требовалось…
Обнаружил себя валяющимся где-то в подворотне в кустах. Досталось мне знатно. Противник был не один, а подозвал своих дружков. Ярость, наконец, ушла, оставляя взамен избитое лицо, болящие ребра и порванную одежду. Теперь я бы вполне сошел за своего в этом заведении.
Противникам тоже досталось. Дракон молчал, затихая и прекращая грызть грудь изнутри. Драка пошла ему на пользу, одного алкоголя было недостаточно. Теперь бы подняться и добраться до дома… Последний раз специально таким образом снимал напряжение будучи юнцом в академии. На работе кулаки нечасто идут в ход, уступая место магическому оружию.
— Ты уверен, что этот тип случайно зашел? — раздались где-то поблизости мужские голоса.
— Да, похоже что-то вынюхивал…
— Откуда он узнал про нас?
— Я поспрашиваю своих…
— Разговоров мало, объясни им доходчиво, чтобы даже не заикались о Кудре… — двое отдалились, больше было не разобрать и слова.
Очень интересно…
ГЛАВА 20
ОЛИВИЯ
Я так загорелась идеей открытия приюта, что она не давала мне покоя, отвлекая от дурацких мыслей про тьму и Питера. Заставляла себя не думать о нем, хотя сердце ныло и просило любви. Глупое, не понимает, что все кончено. История четы Гринувэй завершена, как бы это ни было печально. По правде, я не имела к ней никакого отношения, а лишь украла одну ночь, пусть и жаркую, но чужую… Знай бы Питер о том, кто я на самом деле, ее бы точно не было.
Уверена, что вся это тоска — просто отголоски тела, не более…
Весь следующий день я отсыпалась. Не могла заставить себя встать с постели и идти выполнять дела. Волнами накатывала апатия, казалось, что отравление вновь возвращается и все бесполезно, но все же удалось взять себя в руки и спуститься на первый этаж. К тому же было стыдно перед Клирой. Старушка то и дело заглядывала ко мне, чтобы проверить жива ли я там и не нужно ли чего. Еще не хватало утруждать пожилую женщину, сама дееспособна. Хватит разлеживаться!
Плотно позавтракав, чтобы были силы, принялась за уборку дома. Вооружившись веником, вымела весь дом, смела образовавшуюся паутину в углах.
— Ну куда же вы сами-то, Оливушка, — сетовала Клира, — Давайте я, что ли, или же наймем поломоек.
— Все нормально, — успокаивала ее, — Не переживай, я и сама прекрасно справлюсь, — и деньги сэкономлю и руками поработаю, чтобы голову отвлечь, — А помощников мы позовем, когда приют откроем. Вот где средства на ремонт понадобятся.
— Что верно, то верно, но вы и правда решили возродить дело вашей матушки? Трудно ведь это, — женщина сомневалась в моих словах и считала это временной прихотью, минутным помутнением.
Прекрасно понимала, что легко не будет. Но в этом недружелюбном мире хотелось свой уголок, раз мне нет пути обратно.
Вымыв все полы и протерев всю мебель, к ночи я упала без сил. А на следующий день взялась за помывку окон. Вот здесь я действительно пожалела, что поскупилась на профессионалов этого дела. Окна я давно не мыла, и выходило паршивенько, разводы так и норовили остаться. Спасибо Клира дала средство, которое спасло от них.
Вынесли мусор, даже познакомились с соседями, которые выспрашивали про новых жильцов. Все думали, что я новая служанка и готовлюсь к их приезду. Я же, улыбаясь, ошеломляла народ, что я и есть хозяйка. Реакция была соответствующая.
— Они же вас к себе не позовут, — была недовольна моим видом Клира.
— Это еще почему?
— Негоже благовоспитанной девушке самой грязную работу делать.