Я прикусила губу, надеясь, что боль отвлечёт меня от его прикосновений — которые ощущались слишком интенсивно. От поцелуев горячих и, казалось, действительно согревающих. Он потянул за шнуровку корсета на платье — и только тогда я очнулась.
– Нет! – хрипло вскрикнула я. – Не надо!
Оттолкнулась от него. Дамиан посмотрел мне в лицо. Не знаю, что именно он там увидел. То ли мои искусанные посиневшие губы. То ли страх, что всё зашло слишком далеко. Но сердце моё колотилось, будто ускоренный двигатель магической кареты, куда влили слишком много маны.
Я вновь попыталась подняться. На этот раз Дамиан не возражал. Отпустил меня, не сказав больше ни слова. Я видела разочарование на его лице, убегая из ванной, придерживая платье, шнуровка которого оказалась расслаблена. Вода стекала по подолу, оставляя мокрые лужицы на дорогой дорожке. Туфли слетели с меня, видимо, ещё в ванной. Я не сразу поняла, что иду босиком. А может, и сама их сбросила. Я дрожала, стуча зубами, еле добралась до своей комнаты.
– Святой Файрох, – всплеснула руками синьорита Тиаве. – Милая, что с тобой?
Я не сразу её заметила. Её и ещё нескольких служанок, которые поливали цветы в этом крыле и протирали рамки картин.
– Ох, этот дракон у меня получит! – зло проговорила она, приобняв меня за плечи и пытаясь согреть. – Идём, идём. Ко мне в каморку. Так и простудиться недолго. Укутаю тебя в свой тёплый халат, да чаю принесу. С мёдом. Что делается, что делается?
Остальные горничные молча наблюдали, как мы уходили. Кто с сочувствием, а кто… с завистью.
***
Прошло несколько дней. Я старательно прослушивала все переговоры из ложи, передавала расшифровки принцу. Мы перекидывались парой дежурных фраз, но на этом всё. Он не считал своим долгом извиниться или хотя бы объясниться. А я не хотела снова поднимать эту тему. На самом деле меня устраивало наше положение. Наши отношения вновь обрели деловой формат. Как и положено служанке и наследному принцу.
Сеньорита Тиаве пыталась наставить меня на путь истинный. Поговорить с наследным принцем о случившемся. Даже сама порывалась. Но я её отговорила. Пусть и с трудом.
С остальными горничными наши отношения не изменились. Те, кто ненавидел меня, стали ненавидеть чуть больше. Я старалась не обращать на это внимания и погрузилась в работу, в заботу о матушке. Ведущий врач сказал, что некто, пожелавший остаться анонимным, закупил нужные для лечения зелья на три месяца вперёд. Я сразу поняла, кто это был. Но решила воспользоваться его внезапной щедростью. Это мог быть и его способ извиниться. Наследный принц Дамиан был изучен мной процентов на три — как и Большое Море.
Однако спустя ещё несколько дней объявился настоящий даритель.
Я выкрала час свободного времени, чтобы провести его с мамой. Рассказывала ей о работе. Поменяла цветы, протёрла её салфетками со специальным раствором. И за всей этой рутиной не заметила присутствия в палате ещё одного человека.
– Прошу прощения, синьорина, не хотел вас напугать, – виновато произнёс Анжело Мано, когда я обернулась и от неожиданности подпрыгнула на стуле.
– Что вы тут делаете? – спросила я, справившись с испугом.
– Вас желает видеть графиня, – он мило улыбнулся.
Я подозрительно прищурилась.
– Меня? Вы точно не имели в виду…
И тут до меня дошло…
Он был здесь. В палате моей матери. Я не указывала в анкете ничего связанного с родителями. Значит, они знали…
Анжело одобрительно кивнул, заметив, что я догадалась. На его плечах лежал бежевый пиджак из кашемира. Он пошевелил рукой, вытаскивая из внутреннего кармана пистолет.
– Прошу вас, синьорина, не делайте глупостей. Просто идите со мной. Графиня желает видеть вас. Обещаю, никто не причинит вреда ни вам, ни вашей матушке.
Я выдохнула, стараясь успокоиться и спрятать дрожь в руках. Меньше всего я волновалась о себе. Но шальная пуля могла задеть дорогостоящее оборудование и лишить маму последнего шанса на выздоровление. Поэтому просто кивнула на оружие в его руках.
– В это мало верится…
– Понимаю, – кивнул он в ответ. – Я могу выглядеть угрожающе. Но это лишь подстраховка и моя безопасность.
– Я пойду с вами, господин Мано. Только уберите оружие.
Я поднялась медленно, загораживая собой кровать. Анжело поспешно спрятал пистолет обратно и поднял руки, показывая, что больше ничего не припрятал.
– Карета ждёт, синьорина.
Я попрощалась с матушкой, подоткнув одеяло и пообещав скоро вернуться.