— Стакан холодной воды, пожалуйста, — говорю я. — Много льда.
— Без газа или с газом?
— Без газа.
— Конечно, — он поворачивается, но останавливается. — Добавить лимон?
— Только воду. Пожалуйста, — почему свидания для меня — это ужасно, чудовищно нервно? Все остальные, кажется, делают это на раз-два. Они порхают с одного свидания на другое, словно это игра.
Бармен ставит передо мной высокий стакан с водой. Я осушаю его до последней капли, пока не остается только звенящий лед.
Слева раздается голос:
— Ты в порядке?
Я ловлю краем глаза рукав пиджака рядом с собой, крупную кисть, обхватывающую стакан с виски, но продолжаю смотреть в свою пустоту. Грудь вздымается.
— Да. Все отлично, спасибо.
— Еще стакан воды? — голос мужской, мягкий и глубокий.
Я качаю головой и закрываю глаза. Последнее, что мне нужно — это тратить остатки сил на пустые разговоры.
— Нет. Все путем.
Маленькая мисочка с бесплатными орешками выдвигается в поле моего зрения.
— На всякий случай.
Этот жест заставляет меня фыркнуть. Звук выходит похожим на нервный писк, но он выпускает часть напряжения, поднимающегося внутри меня, как в чайнике.
— Спасибо, — говорю я, поворачиваясь к нему.
Светлые, золотисто-карие глаза встречаются с моими. Я никогда не видела таких глаз у мужчины. Темно-рыжие волосы зачесаны назад, открывая квадратное лицо.
— Если ты планируешь впасть в паническую атаку, — говорит он, — я могу придумать места получше, чем этот бар.
— У меня нет панической атаки. И вообще, кто планирует такое?
— Это просто фигура речи.
— Глупая фигура, — говорю я и одергиваю платье. Потом осознаю, что только что ляпнула. — Прости. Я не хотела тебя оскорбить.
Он поворачивается ко мне всем корпусом, уголок его губ приподнимается. Теперь, выпрямившись в полный рост, он высокий.
— Я не оскорблен.
— Хорошо. Что ж… спасибо за орешки.
— Пожалуйста, хотя признаюсь: они уже тут стояли.
Я снова фыркаю. Может, это и к лучшему. Выпущу пар с этим банкиром с Уолл-стрит.
— Я так и подумала. Но жест приятный.
Он машет рукой бармену, который на полпути останавливается, чтобы выслушать, что скажет парень с орешками. Я окидываю взглядом его костюм. Он выглядит, словно все деньги мира — его. Это видно по качественной ткани, поблескивающей в приглушенном свете. Я не доверяю парням, которые так выглядят. Слишком обаятельные, чтобы быть настоящими, и слишком богатые, чтобы быть скромными.
— Еще воды для леди, — говорит он. — Много льда, без лимона. Ты знаешь порядок.