Чёрный ратник 3: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Были и плюсы — так нас было ещё сложнее обнаружить. Наверное, поэтому и удалось подобраться вплотную. Потому как наблюдение мы вели уже какое-то время, да так, что холодная сырость уже успела просочиться даже сквозь плотную ткань. Пары часов хватило, чтобы понять: для того чтобы выполнить задание цесаревича, придётся подобраться поближе. И пока ориентироваться мы могли лишь на приблизительные координаты и доступные нам карты.

— Соловьёв, на тебе левый фланг, от речки до большого валуна, — прошептал я, не отрывая глаз от очертаний лагеря и держа в голове карту. — Ярослава, ты займёшься склонами и тропами к перевалу. Задача та же.

Рыжая лишь кивнула, её лицо в тени капюшона выглядело сосредоточенным и холодным. Соловьёв принялся отползать влево, растворяясь в тенях так бесшумно, будто его тут и не было. В этих двоих я был уверен. В Ярославе, конечно, побольше, но и лучник с жёлтой аурой в последнее время справлялся на удивление бодро — в пору было перестать величать его дворянчиком. Ярослава скользнула вправо и мягко спустилась с холма.

Я отправлял их по одному, а вот к Ивану с Громовым у меня было другое задание. Для него не нужно было лезть в ряды мятежников и уж тем более в сам лагерь, хотя подобраться поближе всё равно придётся.

— Иван, с тебя периметр, частокол и ворота, — произнёс я. — Громов пойдет с тобой. Оцените, где можно пролезть, но близко не подходите.

Иван тяжело сглотнул, кивнул и обменялся несколькими взглядами с Громовым. Они вместе отправились выполнять свою задачу. Если вдруг Иван где оплошает, то Громов мог прикрыть его зелёной аурой.

Я же остался на возвышенности. У нас была своя сигнальная система — с помощью простых оберегов, на тот случай если произойдёт что-то непредвиденное. И именно тогда мне предстояло вмешаться.

Впрочем, я рассчитывал, что первичная разведка пройдёт гладко. Вряд ли мятежники ожидали разведывательные отряды так близко к лагерю. Сейчас силы ордена и империи были растянуты по Уральским горам, и, несмотря на победу в Белоярске, на остальных участках всё обстояло по-разному.

В любом случае я сосредоточился и постарался мысленно отделить дымку. Получалось плохо, как будто кто-то использовал магию, чтобы не дать посторонним увидеть лагерь или то, что там скрывалось. И даже моя чёрная аура не сильно помогала, хотя полагаю, что если я видел очертания, то остальные едва ли видели вообще хоть что-то. Так что мне оставалось ждать.

Соловьёв лежал плашмя на холодном камне. Жёлтая аура сжалась до тончайшей нити и тянулась вперёд, подобно щупальцам. Лучник почти не моргал, расширенные зрачки были похожи на кошачьи, и они впитывали каждое движение. Перед ним проходил патруль, полдюжины бойцов. Губы Соловьёва едва заметно двигались, пересчитывая противника и отмечая детали, но ни один звук не вырвался наружу.

— Обходят по периметру раз в полчаса…

Соловьев делал пометки на карте, подмечал слепые зоны, но естественно, только тогда, когда бойцы мятежников удалялись.

Их вооружение напоминало ему дружинников отца. Когда-то они казались Соловьёву вершиной силы, чести и доблести, и он даже хотел быть похожим на них. Вот только его род вляпался в долги, потерял часть земель, люди разбежались, а сам Александр остался с выбором: либо армия, либо орден.

Ни о каких высоких должностях в столице или прочих привилегиях речи не шло. Именно в ордене он увидел, что даже родовые дружинники Соловьёвых и рядом не стояли с теми глыбами, кто командовали в Ярмуте. Что уж говорить о его весьма скромных способностях. Возможно, из-за этого он и придирался к остальным, ища силу хоть где-то, но это уже другая история.

Очередной патруль ушёл, и Соловьёв сделал несколько ловких заметок. Пальцы двигались точно и быстро делая зарисовки. Он, стелясь по земле, мягкой пружинистой походкой двинулся вперёд. До валуна, который обозначил ему Тим, оставалось меньше сотни шагов.

Это значило, что он почти выполнил задачу. Раньше он, возможно, и поспорил бы, кто кому и когда должен отдавать приказы. Вот только вспоротое брюхо очень сильно меняет взгляды. А Соловьёв хоть и не был самым сильным, самым умным, самым быстрым, самым смелым или самым талантливым ратником, но дважды одни и те же ошибки не допускал. Никогда.

Ярослава в это время замерла и почти не дышала. Она не дыша застыла меж камней.

— Воеводу нового видел? — раздался хриплый мужской голос снизу.

— Воеводу? — ответил ему боец помоложе. — Да не похож что-то… наемник, может какой…

— Ну а кто ж он? Дух и силу чувствовать надо.

— Кому надо — пусть те и чувствуют. А я этого воеводу в штабе в глаза не видывал. Тоже мне индюк.

— Смотри… — немного взволнованно произнёс хриплый голос. — Шутки с ним не шути, а то огребешь.

Голоса медленно удалялись, и Ярослава позволила себе едва слышно выдохнуть. Она принялась осторожно проталкиваться между скалами для того, чтобы наконец спуститься на землю. Если бы не её ловкость и находчивость, её бы уже обнаружили, притом не раз. Тропы кишели разъездами и патрулями мятежников.

Но что было интереснее, так это то, что она заметила, когда уже пробиралась обратно. Поэтому Ярослава бросила быстрый взгляд на горизонт. Первые лучи солнца вот-вот должны были появиться, и это значило, что дорога назад становилась сложнее.

Рыжая мечница смахнула пот со лба и спрыгнула вниз, мягко приземлившись на камне. Она прислушалась к окружающей местности, отмечая, что шаги удалились и почти пропали из поля её восприятия. Она ещё раз вздохнула и, скрываясь в тени скал, двинулась назад.

Иван с Громовым не стали приближаться близко к лагерю. Что дворянин, что простолюдин знали свои сильные и слабые стороны. Да и не было им нужды сталкиваться с мятежниками нос к носу. Поэтому они просто спрятались в тени деревьев в лесу, так, чтобы их было не заметить, и смотрели на линию частокола, окружавшего основную часть лагеря в Отрадном. А частокол был крепким и качественным, без гнили и щелей.

Громов безошибочно выделил это. Он также отметил два естественных укрытия: груду камней в сотне шагов от частокола и овраг. Впрочем, для большого ударного отряда это не подходило, а ему с Иваном или со всем отрядом внутрь проникать нужды не было.

Громова не интересовали дворянские разборки, он находился здесь, потому что это задание. И пока, судя по всему, добраться до Стрешнева не представлялось возможным, о чём он и собирался доложить Тиму.

Иван, внимательно вслушивающийся в гул лагеря в ущелье, тем временем подметил знакомые звуки — далёкие удары молота, едва слышные на таком расстоянии.

— Пора, — тихонько прошептал он.