– Что вам от меня нужно?
Келлс ответил:
– Док, сегодня вечером я видел, как ты сделал того кролика невидимым. Я пришел туда, потому что прочитал в газетах о том, что ты собирался сделать, и решил, что дело стоит того, чтобы разузнать все лично.
– Док, ты сам сегодня сказал, что можешь точно так же сделать невидимым любое животное, – произнес Келлс. – А значит, сможешь и человека. Отлично, сейчас ты это провернешь – со мной.
– Сделать вас невидимым? – воскликнул ошеломленный Гири. – Вы думаете, я пойду на это, чтобы вы могли беспрепятственно терроризировать всю страну, став невидимым преступником?
– Именно так я и думаю, – невозмутимо ответил Келлс– Ну и повеселюсь же я теперь с копами и парнями из ФБР, когда они меня даже увидеть не смогут! Эта страна ещё пожалеет, что я вообще родился на свет, уж поверь мне!
Он сдернул чехол с массивного аппарата и коротко скомандовал:
– Шевелись, док. И без глупостей. Видимый я или невидимый, этот ствол все равно будет направлен прямо в твое сердце.
Гири попытался воззвать к нему:
– Послушайте, этого нельзя делать! Будь вы ученым, вы бы поняли, что я не могу применить свое открытие на вас, потому что…
– Никаких возражений, док! – угрожающе произнес Келлс. – Твой научный кодекс этики для меня пустой звук. Либо начинай сейчас же, либо я всажу в тебя пулю и попробую разобраться с машиной сам.
В его глазах-бусинках вспыхнул кровожадный блеск. Гири, бледный и дрожащий, сдался и подошел к аппарату.
Быстро подсоединив всё необходимое, он повернул устройство так, чтобы линза смотрела прямо на маленького главаря преступников.
Положив руку на рубильник, он предпринял последнюю попытку:
– Может, всё‑таки выслушаете меня, прежде чем я это сделаю? Вы не можете…
– Давай уже, врубай! – процедил сквозь зубы Фред Келлс, и его палец на спусковом крючке напрягся.
Потеряв всякую надежду, Гири опустил рубильник.
Из большой линзы вырвался зеленый луч – широкий веер излучения, с ног до головы окутавший преступника. Все его тело озарилось тем самым жутким зеленым свечением.
Затем, точно так же, как это было с кроликом, его сияющий силуэт подернулся дымкой, стал призрачным и начал таять. Прошло еще мгновение, и Келлс окончательно исчез на глазах у дрожащего от страха Гири.
И вдруг из кажущейся пустой точки пространства, где только что стоял бандит, раздался дикий, полный ужаса вопль:
– Док, кругом темно! – кричал невидимый Келлс. – Вокруг меня кромешный мрак… Я ничего не вижу!
Раздался грохот – это невидимый преступник вслепую налетел на стул.
– Док, что ты со мной сделал?! – неистовствовал невидимка. – Ты запер меня в этой тьме… Я убью тебя! Слышишь? Убью!..
Бледный, трясущийся Гири услышал, как преступник врезался в дверь, как она с треском распахнулась, и как по коридору загрохотали беспорядочные шаги – невидимка вслепую выбежал из лаборатории.
А мгновением позже с улицы донесся глухой удар и истошный крик боли. Гири бросился наружу. На дороге замер автомобиль, его водитель в панике бежал в его сторону.
– Мне показалось, я кого-то сбил… я слышал крик! – взволнованно закричал водитель. – Но клянусь вам, перед машиной никого не было!
Гири наклонился и стал шарить руками по мостовой, пока его пальцы не наткнулись на обмякшее, безжизненное и по-прежнему невидимое тело Фреда Келлса.
Ученый выпрямился, на его лице появилось странное выражение.
– Если бы он только позволил мне его предупредить, – медленно произнес Гири, словно обращаясь к самому себе. – Но, с другой стороны, будь он ученым, как я и говорил, он бы и сам все понял, без всяких предупреждений.
– Он бы понял, что, когда все световые лучи огибают живое существо, оно действительно становится абсолютно невидимым для окружающих. Но само оно при этом оказывается в вечной, беспросветной тьме и обречено вслепую блуждать по миру, не имея возможности увидеть ни единого лучика света. Этот процесс уже невозможно было обратить вспять… Знаете, мистер шофёр, я думаю, для него даже лучше, что вы его сбили.