Глава 1
Дурацкая банка с цикорием, стоило ее задеть, отодвинулась еще дальше в глубину шкафа.
— Да какого черта! — воскликнула Елена Викторовна. Вновь попыталась дотянуться, но тут табурет не выдержал, сломался, и она полетела на пол. «Убьюсь», — успела промелькнуть мысль, и сознание померкло.
Когда оно вернулось, Елена Викторовна поняла, что попала.
Вот только куда — непонятно. Даже ее дачный домик выглядел поприличней, чем это, с позволения сказать, жилье. А в том, что здесь жили, сомнения не было — в небольшой комнатушке имелась кровать, застеленная ветхим покрывалом; потемневший от времени деревянный стол с двумя колченогими табуретками, а также закопченная печка, рядом с которой на полочке стояла щербатая глиняная посуда.
Маленькое оконце почти не пропускало свет, таким оно было грязным. Да и все здесь требовало хорошей уборки. Кто бы здесь ни жил, чистюлей он точно не был.
Поднявшись с пола, Елена Викторовна хотела отряхнуть халат и обнаружила, что нижняя часть его превратилась в длинную юбку с передником, а верхняя — в рубаху с длинными рукавами, поверх которой был надет жилет со шнуровкой. «Вот те раз», — произнесла она.
Передвигаться в деревянных башмаках было очень неудобно, но на справилась — дошла до табуретки и присела за стол.
На столе стояла тарелка, накрытая чем-то вроде салфетки. Сдернув тряпицу, Елена Викторовна обнаружила под ней булочки, корявенькие и слегка подгоревшие. Вспомнила, что так и не успела позавтракать, уже протянула руку, чтобы взять, но тут в дверь затарабанили.
— Кто? — крикнула она.
— Внучка твоя, — донеслось из-за двери, — открой.
— Дерни за веревочку, дверь и откроется, — ляпнула она по привычке. За годы работы воспитательницей эта фраза въелась в мозг.
Того, что дверь и впрямь откроется, она не ожидала, но та не просто открылась — она распахнулась, да так, что едва не слетела с петель. В дом ворвалось здоровенное мохнатое чудище, вмиг оказавшись рядом. Когтистые лапы схватили за плечи, огромная раззявленная пасть оказалась прямо перед лицом…
— Так, стоп! — воскликнула Елена Викторовна. — Ты кто такой?
— Волк! — прорычало чудовище, дыхнув смрадом.
— Волк — это вид. Имя!
— Нет у меня имени! Да какая разни…
— Значит, будешь Валера. Чего надо?
— Чего-чего, есть тебя буду!
— А руки вымыть⁈
— Я волк! У меня нет рук!
— А это что? — Елена Викторовна взяла двумя пальцами лапу, лежащую на плече и, сморщив нос, брезгливо оттолкнула в сторону. — Фу, ну и вонища.
— Это не рука, а лапа!
— Без разницы. Она грязная! Где ты ею ковырялся?
Волк смутился. Затем, подумав, лизнул лапу языком.
— Ты что делаешь⁈ Хочешь сдохнуть под кустом от поноса?
Такая перспектива волка насторожила.
— Н-нет, — ответил он.
— Тогда живо мыть! Вон там, — Елена Викторовна указала на допотопный умывальник, висящий возле печи.
Волк подошел, побрякал деревянным язычком и сердито произнес: