— Я должна его увидеть.
— Дурная? Кто тебя к нему пустит? Он вообще может не вспомнить тебя.
— Я хочу верить в лучшее.
— Погоди-погоди, — Леся призывала меня к здравомыслию. — Он был духом. Его мозг спал… он спал, понимаешь? Возможно, он видел тебя во сне, но для него сон останется сном, София. Я просто не хочу, чтобы ты питала напрасные надежды.
— Вот когда Райан, глядя мне в глаза, скажет «я тебя не помню», тогда я уйду и больше не появлюсь в его жизни.
— Хорошо, — Леся откинулась на спинку стула. В кофейне было мало людей и музыка играла тихо, поэтому ее звонкий голос разнёсся по залу. — Как ты собираешься туда попасть? Не забывай, он звезда. Его охраняют.
Я взяла телефон.
— Погоди. Дай-ка сделать один звоночек.
Без всяких сомнений я позвонила маме и попросила поднять связи. К счастью, никто не скрывал, в какой больнице лежал Райан. У мамы оказались там знакомые. Она попросила подождать. Я победно улыбнулась Лесе.
— Хорошо, когда твоя мама работает в поликлинике много лет, — с гордостью произнесла я.
Через полтора часа мы с Лесей приехали в больницу. Она осталась ждать в холле, а я отправилась навстречу своей судьбе.
Прежде чем позволить мне зайти в лифт, Леся обняла меня.
— Недавно посмотрела твоё выступление в Лос-Анджелесе. Я очень горжусь тобой. Что бы ни случилось, знай, что я рядом.
Поджала губы, чтобы не расплакаться, затем сказала:
— Я знаю, Лесь. Именно поэтому ты здесь.
Лифт привёз меня на третий этаж. Я спросила у медсестры, где могу найти Игоря Даниловича. Девушка указала на дверь кабинета всего в двух шагах от её поста.
Игорь Данилович ждал меня. Ему позвонил мамин знакомый доктор. Они не объяснили причину, это предстояло сделать мне.
Мы представились друг другу. Игорь оказался молодым врачом, очень приятной наружности. Он был вежлив и думал, что я начну жаловаться на здоровье, но я тут же ошарашила его намерением повидать Райана Финча.
— Простите, но это запрещено, — нахмурившись, сказал он.
— Тут такое дело… я не фанатка. Могу представить доказательства. Мне необходимо его увидеть. Вполне возможно, я единственная, кто связывает его с миром.
— Это как?
— Смотрите, — я продемонстрировала врачу несколько фотографий с Нэнси Финч, которые сделала перед уходом. — Это его бывшая жена. А его сыну требуется повторная операция. Я только недавно приехала из Лос-Анджелеса, я говорила с ней. А вот это видео доказывает, что мы с ним знакомы.
На видео до моего выхода на сцену ведущий чётко сообщает, что я — ученица Райана Финча. Игорь хорошо понимал английский, и мне не пришлось переводить.
— Понимаю вас, София, но нам строго сказали никого не пускать. Я не могу нарушать правила. Финч только-только очнулся. Ему противопоказаны любые волнения.
— Послушайте. Я не собираюсь его волновать. Я зайду, чтобы… Давайте так. Если он меня не узнает, я извинюсь и исчезну. Но если узнает, вы позволите мне побыть с ним немного.
Это была последняя надежда.
— Пожалуйста, — добавила я, когда доктор задумался.
Он пообещал что-нибудь придумать, после чего вышел. Я сидела в течение десяти минут как на иголках. И вдруг меня позвала медсестра. Я думала, что всё потеряно. Меня проводят на выход и всё будет кончено. Для Райана я останусь просто сном… даже не воспоминанием.
Но, к моему удивлению, она подвела меня к двери палаты и сказала, что зайдёт вместе со мной. Я не возражала.
В палату заглядывал солнечный свет, что никак не вязалось с моим представлением о больницах. Райан лежал на подушках бледный, но живой. Когда мы вошли, он не сразу открыл глаза. Только когда я тихим шёпотом позвала его по имени, его веки приоткрылись.