— Это не вам решать.
— Я его отец.
— А я — его семья. Которую он выбрал сам.
Владислав побледнел, сжал трость.
— Ты готов отказаться от всего ради неё?
— Я готов отказаться от тебя, пап.
— Ты пожалеешь.
— Может быть. Но если и пожалею, то не о том, что выбрал её.
Владислав смотрел на него. Долго. Молча. Потом развернулся и ушёл. Секретарь — за ним. Трость звонко стучала по мрамору.
Ари сжала его руку.
— Ты как?
— Нормально.
— Врёшь.
— Немного.
— Пойдём.
— Куда?
— В парк.
— А лекция?
— Вторая пара? История искусств. Пропустим.
— Ты уверена?
— Я не хочу сидеть в душной аудитории и слушать, как кто-то рассказывает о гармонии, когда у меня внутри всё кипит.
Он кивнул.
--
Они вышли на улицу. Осенний воздух был холодным, но свежим. Листья шуршали под ногами, и несколько мокрых жёлтых листьев прилипли к её кроссовкам. Вдалеке виднелись корпуса Астреи, серые, величественные, чужие. Ари шла вперёд, Демид — рядом. Они не держались за руки, но почему-то не расходились.
— Слушай, — сказал он.
— Что?
— Если бы я не пришёл вчера, что бы ты сделала?
— Уехала.
— Куда?
— Не знаю. В Челябинск. К маме. Подальше от тебя.