Когда народ начал расходиться, Ари сидела на стуле, обхватив колени. Голова кружилась. Демид подошёл.
— Ты пьяна.
— Немного.
— Сильно.
— Не сильно. Просто перестала бояться.
— Чего?
— Всего.
Он опустился на корточки рядом.
— Останься.
— Нет.
— Почему?
— Потому что если я останусь, ты подумаешь, что я простила.
— Не подумаю.
— Подумаешь.
Он взял её за руку. Она не отдернула.
— А если я попрошу? Не как обычно. Как тогда, в Челябинске, когда я стоял на коленях на твоём ковре, а ты смотрела на меня сверху вниз и не верила.
— Ты был пьян?
— Был. Но просил трезвым.
— А сейчас?
— Сейчас я почти трезв. А прошу так же. Останься. Просто будь рядом. Не надо меня прощать. Не надо любить. Просто не уходи.
Она смотрела на него.
— Ты жалкий, Демид.
— Знаю.
Она встала, покачнулась. Он поддержал.
— С днём рождения, — сказала она.
— Спасибо.
— Иди. Я сама.
Она вышла.
--
В его комнату она пришла через час. Не постучала. Просто открыла дверь — он не запирал. Демид сидел на диване, в руке — стакан с виски. На столе — почти пустая бутылка.