Конечно, если бы Том сумел выкарабкаться, его сердце было бы невозможно восстановить естественными способностями к исцелению, и ему понадобилось бы новое. А Том случайно оказался перевёртышем-бегемотом.
Они с нетерпением наблюдали, как Альфи вышел из закусочной, неся три больших коричневых мешка, предположительно заполненных жирной пищей. Он запрыгнул во внедорожник и двинулся в путь.
Ганнер завёл двигатель.
— Поехали, узнаем, что задумал Альфи.
Он последовал за ним на осторожном расстоянии, стараясь не спугнуть перевёртыша слона, который, казалось, ехал немного хаотично. Ганнер покачал головой; всё, что он делал, — это привлекал к себе больше внимания. Не слишком умный парень…
Каттер скрестил руки и нетерпеливо постучал ногой. Волк-перевёртыш не любил быть пассажиром; он любил водить машину. Как и Ганнер. У них обоих был засранный альфа-ген, и, хотя в целом они справлялись, потребность в контроле, потребность быть ответственными всегда была. Это просто означало, что они становились ворчливыми и сердились из-за мелочей. Ганнер почувствовал удовлетворение и успокоил своего зверя, возглавив свою команду; он не слишком понимал, как Каттеру удавалось умиротворять своего воющего волка. Он сомневался, что поймает Каттера на занятиях йогой...
Волк заёрзал и фыркнул.
— Я не знаю, почему мы вообще пытаемся провести расследование. Почему бы нам просто не вернуться в офис и не дождаться, пока наш экстрасенс увидит видение? Или, что ещё лучше, дождаться, пока она устроит чаепитие, когда появится призрак нашей жертвы.
Ганнер проигнорировал яростные вопли своего медведя. Каттер был просто Каттером. Он провёл Уэйна через ад, когда тот присоединился к команде, и Эйвери чуть было не выколола себе глаза, чтобы доказать на что она способна. Если бы кто-нибудь, кроме Каттера, произнёс такие насмешливые замечания в адрес Эрин, Ганнер бы не проигнорировал этого, но они с Каттером были вместе с академии. Их обоих вместе перевели в Лос-Лобос. Трудно поверить, но на самом деле они были лучшими друзьями. Они были просто друзьями, которые не лезли в жизнь друг друга.
— Почему бы тебе не дать Эрин немного расслабиться?
Губы Каттера приподнялись.
— Ты спрашиваешь это, потому что думаешь, что она этого заслуживает, или потому что ты с ней спишь? И не пытайся это отрицать.
Его медведь издал предупреждающий рык.
— Откуда ты знаешь?
Он усмехнулся.
— Ты совсем не Джеймс Бонд. Я вижу, как ты смотришь на неё. Ты похож на тринадцатилетнюю девочку, которая только что получила билеты на концерт своего любимого бойз-бэнда. Сладкое, мечтательное выражение твоего лица вызывает у меня рвоту. Так же запах, вы двое можете нанести столько лосьона после бритья и духов, сколько захотите, но от вас двоих пахнет друг другом. И даже не обращай внимания на то, что ты раньше целовал её волосы в переулке. Потом…
— Кто-нибудь ещё знает? — резко прервал его Ганнер.
— Не от меня; как долго это продолжается?
— Всего несколько дней.
Каттер выдохнул сквозь зубы.
— Ты планируешь, что это к чему-то приведёт? Потому что я не думаю, что она из тех женщин, которые согласятся на пару быстрых трахов, а затем отвалят. Она похожа на прилипалу. Единственный способ избавиться от неё — это заставить её перекинутся на кого-то другого.
Ганнер яростно взревел, чуть не дёрнув машину, когда его медведь попытался двинуться вперёд. Больше никто не тронет его пару!
Каттер фыркнул.
— Боже, ты облажался. Директор поджарит тебя, как зефир за это. Соблазнил его нового питомца? Он будет в ярости.
Ганнер крепко вцепился в руль, чтобы его руки случайно не сбились и не обвились вокруг шеи Каттера.
— Он переживёт это.
Волк фыркнул.
— Он не позволит вам работать вместе.
— Мы с этим разберёмся.
— Как думаешь, Директор предпочтёт тебя вместо неё? Тебе повезёт, если ты не попадёшь в архивы за то, что разбил команду его мечты.