— Думаю, Курт не понимает насколько силен.
Калеб нахмурился.
— Пейдж, это неправда. Мы, медведи, гораздо крупнее волков, и мы не оскорбляем и не бьем свои пары своими большими неуклюжими лапами. Мы знаем, что должны обращаться с вами мягко.
Губы Пейдж приоткрылись. Он имел в виду коллективное «вы» или говорил о ней лично? Ее сердце забилось быстрее, и когда он протянул свою огромную, сильную руку через стол и очень нежно взял ее за кончики пальцев, ей показалось, что она вот-вот взорвется.
— Ты такая нежная и совершенная, — выдохнул он. — Твоя пара должен знать, что тебя нужно защищать, а не причинять вред.
Его слова всколыхнули такие смешанные чувства, что у нее перехватило горло. Она чувствовала себя подавленной и инстинктивно хотела вырвать руку, но вместо этого заставила себя держать ее там. Его глаза блестели в свете свечей, а губы выглядели более привлекательными, чем когда-либо.
Подошел официант с меню десертов, и они виновато расцепили руки.
— Я сыта, — сказала Пейдж, даже не взглянув на меню. Будучи большой девочкой, она всегда стеснялась заказывать десерт.
— Очень жаль, потому что вон у той парочки за соседним столом пудинг с ирисками, и пахнет он просто невероятно.
У нее потекли слюнки. Пудинг из ирисок был ее абсолютным фаворитом.
— Давай, побалуй себя. Ты заслужила это после того дня, который у тебя был, — настаивал Калеб.
— Только если ты признаешь, что это твой любимый десерт.
— Да, — ответил он, притворяясь смущенным.
— Хорошо, я закажу его, — сказала она. — Но, если я не смогу, тебе придется доесть.
— Заметано, — ответил он с довольным видом.
— Я выгляжу идиоткой, что оставалась с Куртом, не так ли? — резко сказала Пейдж, озвучивая мысль, которая была у нее в голове с тех пор, как она призналась, как он обращался с ней.
— Нет, вовсе нет, Пейдж. Я просто подумал, какой ты была сильной после того, как он угрожал тебе. Когда я ждал тебя на стоянке, я действительно не думал, что ты придешь.
— Неужели? Как ты думаешь, сколько шансов?
— Может быть, 10 %.
— Ты все это время ждал десятипроцентного шанса? — спросила она.
Он улыбнулся.
— Ну конечно.
— Как только я прочла твою записку, я поняла, что приду. Мне просто потребовалось немного времени, чтобы сбежать от Курта. Не знаю, что бы я делала, если бы ты уехал, когда я прибежала. Я бы, наверное, попробовала поймать попутку.
Калеб нахмурился.
— Пожалуйста, скажи мне, что ты пошутила.
— Ну конечно. Я никогда не сяду в машину к незнакомому человеку.
Калеб ухмыльнулся, зная, что она дразнится.
Подали десерт, и он оказался еще вкуснее, чем они ожидали. Пейдж съела половину своей порции, пока не наелась по-настоящему, а Калеб доел остальное. Она с благоговением смотрела на его тело. У него было такое тело, такое большое, широкое и сильное. Она не удивилась, что ему потребовалось много еды, чтобы насытиться.
— Это было так здорово, — сказала она, пока они ждали чек. — Я совсем забыла, каково это — приятно поужинать. Курт всегда был таким непостоянным, что я никогда не знала, когда он взорвется в следующий раз, и это часто случалось, когда мы ужинали вместе. Раньше я так боялась, что он может взорваться, что у меня в животе постоянно завязывался узел.
— Это так неправильно. Этот волк такой... такой... У меня даже нет слов для этого, — сказал Калеб, его голос напрягся от отвращения.