А дракон, мерзавец, стоял и явно наслаждался зрелищем, даже не собираясь выйти или хотя бы отвернуться.
Ситуация и правда вышла — огонь. Мало того, что вломился без стука, как будто понятия о приличиях мне неизвестны, так еще и застал женушку в таком виде, что мозг на пару секунд просто отключился. Аннет стояла передо мной в коротеньком полотенце, с капельками воды на коже, с зелёной маской на лице и всё равно — чертовски провокационная, слишком живая, слишком… правильная. Да чтоб дракон меня побрал, выглядела она как надо, и именно это сводило с ума.
Я, честное слово, даже забыл все заготовленные заранее слова да так и застыл, уставившись на неё, как последний юнец, которого впервые выпустили на прогулку без присмотра старших.
— Да чтоб тебя! — рявкнула девушка, и это вернуло меня к реальности.
Что я, в самом деле, словно неоперившийся подросток? Нельзя позволять себе подобное. С усилием развернулся, демонстративно показывая, что всё происходящее не имеет на меня ни малейшего влияния. Но из комнаты не вышел — уйти молча значило бы признать неловкость, а этого я себе позволить не мог.
— Оденься. Нам нужно поговорить. Буду ждать тебя в своей комнате, — бросил сухим и ровным голосом, будто и не видел в произошедшем ничего особенного.
И только оказавшись в коридоре, позволил себе шумно выдохнуть. Кажется, моя выдержка дала трещину, а в груди вспыхнуло раздражение — на неё, на себя, на ситуацию в целом.
Какого чёрта, Кайл!? Тебе не может нравиться эта Фейрис, будь она неладна!
Я вернулся в свою комнату и тут же начал нервно расхаживать взад-вперёд, не находя себе места. В голове царил полный кавардак. Какая, к демонам, беседа? О чём я вообще собирался с ней говорить? Никакой темы у меня не было — всё это было сплошной импровизацией, вынужденной и порождённой исключительно тем, что иначе выглядел бы я настоящим идиотом.
Я прокручивал в голове десятки вариантов: поговорить о правилах приличия? Глупо. Особенно после того, как сам вломился к ней без стука. О безопасности? Слишком скучно, да и выглядело бы притянутым за уши. О планах на будущее? О том, что ей стоит вести себя благоразумнее? Всё это звучало жалко и неубедительно, а я не привык лезть в разговоры, где заведомо выгляжу слабее.
Шаги гулко отдавались по полу, а пальцы то и дело скользили по краю стола и сжимались в кулаки. Я пытался собрать мысли, но они упрямо возвращались к её облику — аппетитная фигурка в полотенце, капли воды на её коже и растерянность в глазах. Будь оно неладно, эта картинка не желала уходить из головы. И оттого ещё сильнее бесила.
Что за чёртов цирк? Я — Кайл Вилтроу, командующий дракон, привыкший держать ситуацию под контролем. А сейчас выгляжу так, будто впервые в жизни не знаю, что сказать. Мысли путались, и я растеряно топтался на месте, стараясь отыскать выход из сложившейся ситуации.
И в тот момент, когда я уже практически продумал стратегию поведения, в дверь раздался громкий стук. Ну да, словно мне специально напомнили, как положено входить в чужие покои.
— Войдите, — отозвался раздражённо.
Створка распахнулась, и на пороге появилась Аннет. Она шагнула внутрь — прямая спина, подбородок чуть выше обычного. Мы почти одновременно заняли места в креслах друг напротив друга, и воздух между нами тут же натянулся.
— Ты хотел поговорить, — напомнила девушка, сцепив руки на коленях.
Я выдержал паузу, заставил себя собраться с мыслями.
— Да. Хотел обсудить нашу дальнейшую жизнь, — голос звучал сухо и размерено, будто я диктовал план собрания. — Как ты уже знаешь, я не намерен долго играть счастливого мужа. Покажемся на нескольких приёмах, изобразим безмятежное семейное счастье… а к Новому году ты сможешь перебраться в мой загородный дом.
Слова легли холодно и чуждо, но я выдохнул с облегчением — хоть что-то сказал.
Аннет удивлённо приподняла бровь, и её пальцы нервно застучали по подлокотнику кресла.
— А сам ты останешься в столице? — голос её был ровным, но в глазах полыхнула обида. — И меня ты спросил, прежде чем спроваживать?
Я ощутил укол вины, хотя постарался не показать.
— Ты же понимаешь, у меня здесь работа, — попытался объяснить, чуть наклонившись вперёд. — Если мы будем жить в разных домах в Ритланде, пойдут ненужные разговоры.
Услышав это, жёнушка резко выпрямилась, плечи её дрогнули, а в глазах уже не просто сверкнули искры — они буквально загорелись.
— А так разговоров не будет? — отчеканила она, и в голосе зазвенел металл. — Ненужная жена сидит в захолустье, вышивает крестиком и не мешает тебе устраивать личную жизнь?
Я даже моргнул, ошарашенный этой вспышкой. Что именно её так задело? Или… кого она себе сейчас воображает на моём месте? Я едва удержался от того, чтобы не выругаться вслух. Ситуация принимала весьма неожиданный оборот — вместо того, чтобы спокойно согласиться и облегчить нам обоим жизнь, Аннет вцепилась в слова, будто я пытался её оскорбить намеренно.
— Не утрируй, — попытался говорить спокойно, хотя раздражение уже поднималось. — Никто не собирается тебя списывать со счетов или запирать в глуши. Загородный дом — это не ссылка, а возможность жить свободнее. Тебе не придётся каждый день изображать светскую даму, выслушивать бесконечные разговоры за чаем и кланяться тем, кого ты едва переносишь.
Но в ответ я встретил её взгляд — яростный и почти обиженный, в котором полыхали искры, заставившие меня сбиться с ритма.
— Свободнее? — переспросила девушка с такой горечью, что я невольно напрягся. — Ты называешь свободой жизнь вдали от людей? Когда ты здесь, в столице, будешь блистать в обществе, а я в своём «уютном домике» останусь никому не нужной?