А что, если мы не справимся? Что, если Полину сегодня убьют? Может, высадить её, пока не поздно? Хрен с ними, с этими килограммами, мы изначально рассчитывали только на сотню.
Однако высказаться я не успел. Хлопнули двери, зарычал двигатель, и мы понеслись к месту обмена.
Броневик затормозил так жёстко, что я проскользнул по полу, едва не врезавшись головой в ножку сиденья. От неожиданности, я слишком резко напрягся, и хомут на запястьях лопнул, о чём я у тут же предупредил Сугроба.
Хорошо, что остановились мы не у стоянки, а чтобы высадить Лиса с Дедом. Посветив фонарём, Снегов снова зафиксировал мне руки и прыгнул обратно за руль. Было видно, что он нервничает, хотя старается этого не показывать. У меня самого уже начал зашкаливать адреналин, а когда машина остановилась окончательно и её двигатель заглох, меня накрыло второй волной.
Распахнулась задняя дверь, и нас бесцеремонно выволокли наружу. Именно так и должны обращаться с пленными, никакой жалости и сострадания. Мы всего-навсего товар — и только. Достаточно того, что мы живы, а остальное — трудности принимающей стороны.
— Ну вот! — рявкнул Сугроб, освещая мою рожу фонарём. — У нас товар, у вас купец! Где моё серебро?
Напротив стоял интеллигентного вида человек, с красным блеском в глазах. Он был настолько уверен в себе, что даже руки держал в карманах. И я сразу понял, что передо мной тот самый особый. Ни брони, ни оружия, только деловой костюм и белая рубашка.
— Да, это он, — подтвердил выродок и кивнул своим: — Помнится мне, вас вчера было трое.
— Гром, покажись! — крикнул Сугроб, и подрывник выглянул из машины.
А затем началось то, ради чего мы сюда прибыли.
От машин, стоящих под небольшим углом, относительно друг друга, отделились две фигуры, которые волокли небольшой, но явно тяжёлый ящик. И в этот момент за машинами рвануло. Не одним разом, а словно очередью. Таким образом подрыв компенсировал ударную волну, гася её следующим взрывом. Меня что-то ужалило в щёку, но я не стал заострять на этом внимания и рванул запястья в сторону. Вот только хрен что из этого вышло. Хомут больно врезался в кожу, но разрываться не желал.
В отличие от меня, Полина освободилась и мгновенно выхватила ствол. Но это было последнее, что она успела. Выродок в строгом костюме был молниеносен. Девушка только потянула из-за пояса пистолет, когда он уже вырубил её точным ударом в челюсть. А следующий тычок достался Сугробу, сметая его с ног, будто пылинку.
Федя только и успел, что поднять ствол пулемёта. Их с изменённым разделяло расстояние как раз в те самый метров тридцать. Но особый преодолел его за долю секунды и, схватив пулемёт за ствол, сунул оружием прямо в рожу владельцу. Как и когда он успел выбросить из машины Грома, я не заметил. Увидел только, как тот грохнулся о стену торгового центра, что расположился через четырёхполосную дорогу, и больше не встал.
Всё это произошло буквально за секунду. А в следующую я уже бежал к кустам, где спрятал оружие.
Не успел. Мощный удар ботинком в лицо отбросил меня на пару метров. Перед глазами взорвался фейерверк, и сознание попыталось отключиться. Но мне не дали. Хлёсткая пощёчина быстро взбодрила и вернула меня в реальность.
Выродок как-то нехотя повёл головой в сторону, и я услышал, как по кирпичной стене что-то щёлкнуло, а следом прокатилось эхо выстрела. И это окончательно меня деморализовало. Только что, прямо на моих глазах, этот упырь, натурально увернулся от пули. Как⁈ Да что он, мать его, такое⁈
Он схватил меня за шею и, словно пушинку, поставил на ноги, а сам словно сжался, прикрываясь от Марка моим телом. Я лишь вертел головой, пытаясь разобраться: живы мои друзья, или уже всё? И краем зрения зацепил, как в сторону позиции нашего снайпера умчался небольшой отряд.
Выродок, совершенно спокойно удерживая меня на вытянутой руке, сунул свободную в нагрудный карман пиджака и извлёк из него телефон. Провёл пальцем по экрану, снимая блокировку, пару раз куда-то ткнул и развернул его к моему лицу. Он не прятался, не пытался бежать. Четко определил местоположение снайпера и тупо прикрылся мной от огня. Казалось, больше его ничего не волнует.
— Где он? — спросил особый, демонстрируя мне гаджет.
Я с ужасом смотрел в экран, где прокручивался видеофайл, тот самый, который записал для меня Колян. Где и каким образом у выродков оказался тот телефон? Откуда он его взял?
Удар был таким жёстким, что у меня скрутило все внутренности, при этом я всё так же болтался над асфальтом, удерживаемый за горло.
— Где находится этот человек? — спокойным голосом повторил выродок.
Понятия не имею, что произошло, так всё моё внимание было сосредоточено на том, как загнать в лёгкие хотя бы крохотный глоток воздуха. Но выродок вдруг отшвырнул меня в сторону, будто нашкодившего котёнка, и рванулся куда-то вперёд. Дважды хлопнули выстрелы, а следом раздался девичий вскрик и именно он привёл меня в чувство. Злость, гнев и ненависть поднялись откуда-то из самого натра и придали мне сил. Я наконец-то смог разорвать хомут и снова бросился к оружию. Подхватил автомат, дёрнул затвор и едва успел развернуть ствол в сторону особого, когда тот отбил его ногой. Ремень я накинуть не успел, и оружие покинуло мои руки. А выродок держал за горло Полину, как меня всего секунду назад.
— Так вот где твоё слабое место, — усмехнулся особый и покосился на девушку. — Скажи мне, где я могу найти того парня, и я вас отпущу.
— Да пошёл ты в жопу, козлина! — прохрипела Полина, и в её руках откуда ни возьмись сверкнул нож.
То ли выродок не ожидал такого хода, то ли ему было плевать на обычную сталь, но он даже не дёрнулся, когда Полина загнала в него клинок по самую рукоятку. Вместо того, чтобы скорчиться от боли, он снова усмехнулся и впился зубами в шею девушки. Он выпил всего пару глотков и отшвырнул её, как ненужную вещь. Где-то за спиной стреляли, кричали, но я не видел ничего кроме Полины, которая корчилась на асфальте, прижимая к ране ладонь.
Рука на автомате скользнула в карман, и пальцы привычно вошли в проушины кастета. Я не думал, не чувствовал, я просто действовал на автомате. Кулак свистнул, рассекая воздух, а на лице особого застыло выражение удивления, когда в его скулу врезалось серебро.
Кажется, я понял, каким образом он уворачивался от пуль. Он просто читал мысли и точно знал, в какой момент палец надавит на крючок. Но меня он прочесть не смог, так как я ни о чём не думал и лишь представлял себе его окровавленный труп.
Я даже не помню, как бил, сколько раз попал и сколько раз досталось мне. Просто в один прекрасный момент почувствовал острую боль оттого, что ударил в асфальт. И это вернуло меня в реальность.
Рядом стояли парни, потрёпанные, грязные, все в крови. Я медленно перевёл взгляд на дело своих рук и точно так же, плавно поднялся с трупа. Оказывается, я размозжил рожу выродка в щепки, в мелкое крошево. Но всё равно продолжал его бить, пока не добрался до самого асфальта. Картина была страшной, но никто из парней меня не остановил. Лис и Дед сидели возле тела Грома, у которого была неестественно вывернута шея. Значит, у них тоже потери. Но меня они не волновали.