— Как она? — поинтересовался у Алана отпустивший адептов на несколько минут пораньше и пришедший проведать меня Кайден.
— Все в порядке, можете забирать, — кивнул доктор на хмурую меня.
— Таль, ко мне в кабинет, — приказным тоном велел завуч.
Не пытаясь спорить, я встала с кровати и поплелась за ним. Кайден запер за нами дверь и поинтересовался:
— У тебя что-то случилось?
— Нет… Да. Не могу рассказать.
— Тебе грозит опасность?
— Не думаю. Если, конечно, ни во что не влипну.
— А влипаешь ты с завидной регулярностью, — с усмешкой констатировал завуч.
— Так получается, — тоже попыталась улыбнуться я, но вышло больше похоже на гримасу.
Он поднялся, подошел к окну, постоял там некоторое время, скрестив руки на груди.
— Могу чем-нибудь помочь? Скоро ведь сессия, — напомнил Кайден.
— Я знаю. И нет, не можете.
Он резко выдохнул, будто на что-то решаясь, подошел обратно к столу и вынул нечто, похожее на ленту Мебиуса, где в сложных плетениях артефактного узора поблескивали небольшие прозрачные камни.
— Это что, алмазы? — изумилась я.
— Да, но важно не это. Перед тобой эвакуатор, способный в критической ситуации перебросить владельца из любой точки мира на базу, расположенную в Мертвом городе. Достаточно соединить между собой вот эти два элемента, и через полсекунды откроется портал всего на пять секунд. Его емкость четырнадцать архимагов, но использованы каратники, так что сможешь постепенно перезарядить. Артефакт, как ты понимаешь, многоразовый.
— Ну ничего себе! — восхитилась я. — Вы делали?
— Нет, но разработка моя. Пока их существует всего семнадцать. Возьми.
— Спасибо огромное. Мастер, но он ведь, наверное, очень дорогой?
— Будем считать это моим подарком на выпускной. Авансом, так сказать. Чтобы ты до него дожила.
Еще раз поблагодарив завуча, я ушла от него в полном шоке.
Вернувшись в Мириндиэль, первым делом зашла к Вейлеру узнать, нет ли новостей. Но единственное, чем он смог меня порадовать — камни в венце по-прежнему светятся, подтверждая, что Владыка жив. А еще отдал мне дневник Тэля, попросив не сообщать об этом повелителю и не выносить тот из дома.
Наспех поужинав на кухне и поблагодарив поваров, я отправилась к себе. В связи с окончанием полугодия домашних заданий на завтра практически не было. Но я все равно предпочла сначала разобраться с ними, не став до этого даже вынимать дневник из сумки. А когда все-таки пришло время заняться им, долго сидела, гладя пальцами кожаную обложку довольно старой на вид пухлой книжицы, прежде чем решилась открыть металлическую застежку.
Последняя сделанная Тэлем надпись гласила: «Как низко я пал. Лучше мне пока побыть одному.»
Некоторое время я в недоумении смотрела на единственную на странице строку, выведенную красивым эльфийским почерком Тэля. Низко пал? О чем это он? Потом перевернула страницу на предыдущую, но понятнее все равно не стало. Зато было очевидным, что Тэль воспринимал нашу временную разлуку очень болезненно. Я даже подумать не могла, что это ранит его настолько сильно. Точнее, даже не сама разлука, а выводы, которые он из нее сделал.
«Мне все чаще кажется, что чувства Таль ко мне являются лишь спроецированными на нее эмпатически моими собственными. Когда мы рядом, нам действительно хорошо вместе, мы как будто одно целое. Но, может, в этом как раз и проблема? Может, все это по-настоящему чувствую только я? Ведь она уже говорила, что не сможет раствориться во мне, а значит, тоже что-то такое подозревает. И как только она оказывается вдали, освобождаясь от моего влияния, то не испытывает ко мне ничего, кроме симпатии. А может и ее не испытывает? Нет, пожалуй, тут я перегибаю палку. Приходила же она в Мириндиэль все это время. Хотя, вначале это мог быть интерес, а теперь чувство ответственности. Она ведь уже спрашивала, не хочу ли я забрать венец. Может быть, она сама этого хочет, но не решается попросить? И стоит нам расстаться, как она тут же бежит к этому демонову вампиру. Что в нем есть такого, чего нет у меня? Или она из той категории женщин, кого тянет ко всяким отверженным и несчастным? Ведь меня она тоже встретила именно таким. А теперь, когда все наладилось, я ей больше не интересен? А когда у Райнкарда тоже все наладится, его ждет та же участь?»
На этом месте я закрыла дневник, поняв, что иначе у меня мозг просто взорвется. Вскипятила чайник, достала ароматный сбор, приоткрыла окно, впуская в комнату прохладный вечерний воздух, и решила, что стоит прогуляться, пока окончательно не стемнело. Авось мысли проветрятся, и я перестану себя чувствовать как пыльным мешком пришибленная. Вот как⁈ Как можно было такого напридумывать? Правда, с утверждением, что я обычно нахожусь там, где что-то не так, спорить трудно. Но я именно там, где нужна помощь. И они с Райном здесь ни при чем. То есть сейчас и пока Возрождение возрождали… Тьфу ты! В общем, в этих двух случаях при чем, но были же и другие: шахта, возведение барьера на старом континенте, Мертвый город с его ужасной эпидемией. Да, Райн и в этих случаях участвовал, но я там была вовсе не из-за него. А в Мертвом городе Тэль и сам многое сделал. Лично, а не только как Владыка.
Ох, Тэль… Ну почему же ты не поговорил обо всем этом со мной? Почему не пришел в Остию или в тот же замок вампиров, если находиться в Новограде политика как-то мешает? Других причин, почему жених практически никогда не навещал меня сам, дожидаясь, когда появлюсь у него, я не видела. Где же ты, Тэль?
Вернувшись домой, я все-таки заварила приготовленный сбор и еще немного почитала дневник, отматывая события назад, но ничего полезного так и не нашла. Снотворное пить сегодня не стала, вымотавшись морально за эти дни и отключившись практически сразу. А ночью мне снился Тэль в темном балахоне, он сидел на камне возле водопада на острове Владыки и что-то писал.
Глава 23