"Фантастика 2026-96. Компиляция. Книги 1-29: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Глава 9

Связи

Волны мерно наползали на берег, перекатывая мелкую гальку. Её шелест успокаивал, а иногда казалось, будто это дышит сама земля. Я сидел на берегу, щурясь от миллиарда крохотных бликов, что были разбросаны по бесконечной водной глади. Словно огромный исполин провёл ладонью по ночному небу, а затем — не скупясь, от души — засеял море звёздами.

Было жарко. Солнце так сильно пекло макушку, что мне захотелось окунуться. Разбежаться и прыгнуть в солёную воду. Как в детстве, когда энергия бьёт через край, впереди целая жизнь, и ничто в этом чёртовом мире не способно тебя удержать.

Становилось всё жарче. Припекало так, что голова натурально грозилась расплавиться. Море манило меня, обещало прохладу и облегчение, а шум прибоя напоминал ласковый шёпот. Я подскочил и рванул в воду. Брызги разлетелись во все стороны, искрясь под ярким светом, будто жемчужины. И я нырнул…

Вот только вместо моря я ощутил под собой что-то твёрдое. А распахнув глаза, увидел тяжёлую военную обувь. Память скачком вернулась, и я осознал себя лежащим на полу в луже слюней, что натекли из моего рта. Довольно мерзкое ощущение, учитывая промозглую атмосферу внутри заброшенной школы.

— Выносим, — прозвучала команда, и сильные руки оторвали меня от холодного кафеля.

Как же так? Неужели мне снова светит ферма? Неугасающее чувство голода и вечная борьба за жижу, которую мы называли едой? Уж лучше пулю в лоб, чем опять оказаться там. Но что я могу? Как выкрутиться из положения, когда я связан по рукам и ногам? Начну брыкаться, так меня снова вырубят.

Стоп.

А почему я очнулся? Почему нет тошноты, которая обязана присутствовать после такого удара? Ведь сотряс мне был обеспечен. Жар! Так вот что это было! Не солнце пекло мне макушку — это чёрное сердце работало, убирая все последствия от нанесённого удара. Видимо, отключаясь, я всё же слизнул тот кусок с пола и проглотил. Вот она — жажда жизни, когда тело преобладает над разумом.

«Дух. Дух. Дух», — трижды отработал дробовик, и я со всего размаха прилетел рожей в пол. Губы брызнули кровью, будто раздавленные помидоры. Увы, но у меня не было и малейшего шанса прикрыть лицо от удара, так как руки всё ещё оставались закованы в наручники за спиной. А со связанными ногами даже извернуться не вышло. Да и неожиданно всё вышло. Ведь стреляли на улице.

Однако спецназовцы, или кто они такие на самом деле, отреагировали на угрозу привычным образом.

Бойцы моментально рассредоточились. Двое присели у дверного проёма, а оставшиеся две пары разошлись по углам, контролируя окна и прикрывая товарищей. Командир тут же затараторил в рацию, требуя доложить обстановку, однако ответом ему была тишина.

Я догадывался, что в дело вступил кто-то ещё, не менее опытный, чем выродки, что захватили меня. Те три выстрела были скорее необходимостью, чем частью плана. И это явно был не Стэп и уж точно не Полина. Тот, кто пришёл мне на выручку, действовал тихо и незаметно, не исключено, что там их целый отряд. Может, это люди из крепости наконец-то решили дать отпор? Или вызвали подкрепление, что, в принципе, одно и то же.

Мысли пронеслись за мгновение и в голове задержалась лишь одна, пожалуй, самая важная. А заключалась она в том, что я лежу связанным прямо напротив двери, и как только начнётся замес, меня нашпигуют свинцом в первую очередь. И я начал отползать, насколько это вообще было возможно. Перевернулся на бок, поджал ноги и попытался оттолкнуться, чтобы скользнуть по полу.

Вышло нелепо. Я скорее просто извивался на одном месте, чем двигался хоть куда-то. Точки опоры поблизости не было, и единственное, что позволяло мне оттолкнуться, — это неглубокие швы между плитками. Но они были настолько крохотными, что подошва ботинок постоянно выскакивала из них, и я продолжал тупо барахтаться.

Один из выродков, что занял позицию у окна, покосился в мою сторону с ехидной ухмылкой. Он тоже понимал, что сейчас я нахожусь в самой опасной части помещения. Любая граната, выстрел в дверь или окно неминуемо прилетят в меня. А как ещё можно штурмовать помещение, в котором засел противник? Да само слово «штурм» уже подразумевает жертвы. И я очень не хотел становиться одной из них.

Время шло, но ничего не происходило. Будто невидимый враг удовлетворился малой кровью и покинул поле боя. Но даже я понимал, что это не так. Тот, кто пришёл сюда, просто выжидает удобного момента. И скорее всего, он — человек, а значит, и времени у него полно, в отличие от изменённых. Потому что когда взойдёт солнце, они все сдохнут в страшных мучениях. Так что как бы им того ни не хотелось, но на прорыв идти придётся.

Паника вдруг улеглась. А ухмылка выродка придала мне злости. До меня наконец-то дошло, что я занимаюсь ерундой, ведь можно просто перекатиться к стене вместо того, чтобы извиваться на скользкой поверхности. Чем я и занялся.

Дело сразу пошло на лад. Буквально за несколько перекатов я ушёл с прямой линии атаки, а ещё спустя некоторое время уткнулся рожей в стену. Немного повозился для смены положения, чтобы видеть происходящее в комнате, и наконец затих.

За время моих акробатических упражнений ничего не поменялось, по крайней мере внутри. Бойцы всё так же внимательно наблюдали за обстановкой, оставаясь каждый на своём месте. Они тоже чего-то ждали, и явно не первого хода противника. Иначе уже давно попытались бы его спровоцировать. Скорее всего, командующий вызвал подмогу. Ведь в городе полно изменённых. Если они смогли осадить крепость, то и невидимого стрелка найдут, и спугнут, заставят действовать.

Эх, мне бы сейчас свободные руки, я бы ему помог. Знать бы заранее, что я не один в этой схватке, хрен бы я им так просто сдался. Но в тот момент я считал своё положение безвыходным. Ну и как оказалось, не сильно-то просчитался. Жизнь я себе точно продлил, а теперь вот заполучил и шанс на спасение. Призрачный, но он есть.

Снаружи снова послышался шум. Кто-то вскрикнул, раздался глухой стук, будто с небольшой высоты упало тело. И вдруг одно из окон, выходящих к реке, со звоном разлетелось на крупные осколки. Спецназ дрогнул, и один из бойцов сунулся в окно. Всего на мгновение, чтобы зафиксировать взглядом происходящее. Он уже убирал голову обратно за откос, когда она дёрнулась. Изменённый сложился в нелепой позе и застучал ногой. Даже в темноте помещения я увидел, что его лицо превратилось в сплошное кровавое месиво. Похоже, что пуля, которая в него угодила, имела приличный вес. Каска отразила энергию, и та попросту разворотила голову изнутри. Надеюсь, она была из серебра.

Двойка, что занимала позиции у двери, тут же прыснула в стороны, уже понимая, что противник находится с другой стороны, и они сейчас как на ладони. Понятия не имею, о чём думал снайпер, но их он почему-то убирать не стал. Мир снова погрузился в тишину и тягостное ожидание. Никто не хотел высовываться и делать свой ход.

Снаружи опять кто-то вскрикнул. Однако звука выстрела не было слышно. Значит, оружие глушёное и стрелок может находиться где угодно. Но кто тогда палил из дробовика?

Ответ явился внезапно. Я как раз перевёл взгляд на дверной проём. Мне показалось, будто там что-то двигалось, эдакая беззвучная тень. И увидев ствол дробовика, я тут же открыл рот. Нет, не за тем, чтобы предупредить бойцов, а во избежание звукового удара.

«Дух-дух», — дважды отработал дробовик, и ещё один боец стёк по стене, получив оба заряда картечью в бок, который не был прикрыт бронежилетом. В дверь тут же ударил шквал огня. Впрочем, оружие у выродков тоже имело глушители, а потому никакого дискомфорта я не ощутил. Лязг затворов разносился в пустом помещении громче, чем выстрелы. Естественно, что в проёме уже никого не было.

И в этот момент за окном мелькнула тень. Не человеческая, отчего мне стало даже не по себе. Огромная туша с глухим рычанием ворвалась в окно и бросилась на ближайшего изменённого, тут же впиваясь ему в глотку. Падая, он зацепил своего напарника, выталкивая его точно под снайперский огонь, и стрелок не подвёл. От шестерых опытных бойцов в считаные секунды осталось лишь двое. Ни о каком организованном сопротивлении уже не могло быть и речи.

Один из выродков, который всё ещё продолжал держать на прицеле дверь, сместил ствол на здорового чёрного пса, но выстрелить не успел. Из двери снова показался ствол, и заряд картечи снёс воину голову. Она попросту взорвалась внутри каски, которая с глухим стуком упала на кафельный пол. А последний даже не подумал сопротивляться. Он бросил оружие и поднял руки.

— Хан, ату! — прозвучала тихая команда, и пёс моментально переключился на оставшегося в живых.

А я наконец смог лицезреть своего спасителя. Невысокий коренастый мужик, черноволосый. То ли татарин, то ли мулат. В темноте особо не разобрать. Одежду он тоже предпочитал чёрную, но не гражданскую. Под неё скорее подходило слово «тактическая» или что-то типа того.