— Посмотрю на твое поведение. Ты зачем ее сюда притащил, не понимаешь, каким стрессом для нее увиденное было?
— Понимаю, — не стал перечить Черный доктор.
— Я его сама попросила, — вступилась я за телохранителя. — И ты велел без Майрана никуда не ходить, так что он вынужден был пойти со мной.
Тэль пристально посмотрел, намекая, что ему со мной все понятно, но тему разговора сменил, обратившись к Лирмантиниэлю:
— Каковы результаты исследования образцов?
— С высокой вероятностью найденный образец является измененным гибридом ковруна и водницы, — начал докладывать главный смотритель. — Обычно при встрече этих двух существ коврун погибает, но в данном случае, скорее всего, имело место внешнее воздействие неизвестной природы, запустившее процесс активного изменения обоих существ, в результате чего произошла ассимиляция водницы ковруном. На данный момент объект исследования потерял возможность к самостоятельному размножению, однако это может быть более поздним изменением, связанным со значительным увеличением веса и деградацией двигательного аппарата. Жидкий секрет нейролептических желез при испарении выделяет ингалянт, вызывающий жажду и сухость во рту. Предположительно, он распространяется в радиусе более километра, но проверить это в лабораторных условиях невозможно. Сам секрет, имеющий ярко выраженный снотворный эффект, за счет небольшого изменения уклона поверхности тела объект исследования собирает в центральной части, образуя заманчивый для своих жертв прозрачный водостой.
— А почему он сейчас белый? — удивилась я, разглядывая небольшую лужицу, которую нам старательно демонстрировал кусок в поддоне, радиально отклонив траву в центре.
— Это я его молоком накормить пытался, — недовольно глянув на меня, пояснил Лирман. — Есть не стало, собрало в центре и чуть не поймало хныта, еле успел перехватить. А вот стрекотунов ест, — показал он на странно свившиеся в перевернутое гнездо травинки у края. — У нас запас для молодых прыгунов имеется.
— Творог дать попробуйте, — предложила я. — Все не так вонять будет.
— И почему же вы считаете, что молоко ему не понравилось, а творог придется по вкусу? — заметно сдерживаясь, поинтересовался главный смотритель долины.
— Потому что мой недопереваренный ужин та полянка очень даже оценила и накрыла травой. Возможно, оно просто жидкую пищу не ест. Или ест ее другой поверхностью… — задумалась я. — Поляна была большая, псевдотрава на ней сочная, значит, содержит много жидкости, и раз оно секрет сливает в центр, то вряд ли впитывает влагу поверхностью. А вот отростки под ней шевелились, значит, функциональны и не столько деградировали, сколько сменили назначение. Их там довольно много, так что вполне могут добывать влагу из почвы.
— То есть вас еще и под нее в походе заглянуть угораздило, — вздохнул Лирман.
— Вообще-то это я не удержался, — признался Тэль. — Понимаю, что был неправ, но так редко удается лично поучаствовать в подобных мероприятиях, что любопытство взяло верх. И я был осторожен.
— Вас хоть страховали?
— Да, — уверенно заявил Владыка, не уточняя, что в качестве страховки засчитал не особо боеспособную в тот момент меня. — Вы думаете, что погибшие маги попали под действие снотворного, напившись секрета? Неужели они могли не проверить водостой на содержание опасных веществ?- Концентрация нейролептического компонента недостаточно велика, чтобы артефакт показал угрозу. Секрет призван лишь задержать жертву на поляне и притупить восприятие внешних факторов, таких как легкое жжение от впрыскивания стрекательными клетками токсина, вызывающего нарушение работы переферийной нервной системы. Токсин, вероятнее всего, синтезируется из продуктов разложения, минуя процесс усвоения.
— Прямо как во сне, — с ужасом прошептала я.
— Что, простите? — обернулся ко мне главный смотритель.
— Ничего, извините, что помешала.
— Таль, а во сне были еще какие-то подробности помимо тех, что нам сейчас рассказали? — поинтересовался жених.
Я ненадолго задумалась и отрицательно покачала головой.
— Владыка, я прошу разрешения на повторное посещение обнаруженной зоны для разметки предупреждающего контура.
— Хорошо. Координаты есть, так что прыгнете сразу на место из нашего ближайшего поселения. Согласуйте время дезактивации телепортационной защиты.
— А разве этот контур не привлечет местную фауну? — шепотом поинтересовалась я у Майрана.
— Нет, он не магический. Просто специальные цветные лоскутки, которые устанавливают на колышках или привязывают к небольшим деревьям. По цвету можно определить класс и тип опасности.
В этот момент мою ногу что-то обхватило, заставив подпрыгнуть от неожиданности. Приземлилась я уже на летунец. На полу сидел на задних лапках и с удивлением смотрел на меня небольшой пушистый зверек с круглыми янтарными глазами. Он забавно склонил голову на одну сторону, потом на другую и, развернувшись к Лирману, что-то жалобно залопотал с придыханием, как будто хныча.
— Обижают тебя, маленький? — взял его на руки смотритель. — Ничего вкусного не дают, да еще и сбегают, а утром так самого чуть не съели.
Он достал из кармана и протянул зверьку кусочек сушеного мяса. Тот ухватил его передними лапками и начал жевать с видимым удовольствием.
— Да он у вас совсем ручным тут стал, — усмехнулся Тэль. — Как только умудрились?
— Видит плохо, потому и поймать смогли. Поначалу совсем почти слепой был, мы его подлечили и хотели в долину выпустить, а он ни в какую. Так и прижился.
Хныт доел угощение, спрыгнул на пол и, широко зевнув, направился куда-то в угол. Продемонстрированный при этом арсенал клыков меня впечатлил, да и когти там, судя по всему, были немаленькими. Впрочем, у кошек в моем мире тоже и когти, и клыки имеются, но это не делает их содержание дома таким уж опасным делом.