— Ну точно дебил какой-то, — добавил он и продолжил вращать рукоять.
Примерно на четвёртом обороте створка с лёгким щелчком приоткрылась, и мы наконец вошли в святая святых. Ох, как же мне хотелось поглазеть вокруг! Но пока было не до этого. Нужно отыскать того, кто засел внутри, и обезопасить себя.
— Куда? — шёпотом спросил я.
— Здесь всё прямо, — ответил Макар. — Впереди, в конце, общая зала с койками. А вдоль коридора — технические помещения, не заблудишься.
— Ты слева, я справа, — скомандовал я Стэпу и двинулся вперёд.
Макар остался возиться со створкой, а мы не спеша двинулись по узкому коридору. Первая дверь справа оказалась санузлом, следующая — комнатой связи. Далее шёл какой-то склад, за ним — генераторная. Все они оказались пустыми, как и по левую сторону.
Мы выбрались в просторное помещение, которое было заставлено коробками и ящиками. Здесь располагались двухярусные койки по типу армейских. На каждой лежал полосатый матрац, скрученный в рулон, в середине которого виднелось постельное бельё. Бункер был готов принять не меньше сотни человек, если посчитать количество спальных мест. И это очень неплохо.
Что-то зашуршало в углу, привлекая моё внимание. Я резко развернулся в сторону шума, всматриваясь в полумрак помещения через прицельную планку. Стрелять очень не хотелось. Грохот будет такой, что заложит уши.
— Эй, выходи, если жить не устал! — крикнул я. — Прятаться здесь негде, всё равно найдём.
— Не стреляйте, пожалуйста, — вернулся испуганный девичий голосок.
— Там баба, что ли? — удивлённо спросил Стэп.
— И я, кажется, догадываюсь, какая, — хмыкнул я. — Ева, ты⁈
— Я, — отозвалась кремлёвская парикмахерша.
— Одна?
— Нет, с братом.
— Выходите, — бросил я и опустил ствол. — Мы вас не тронем.
В дальнем углу зашевелилась тень, а вскоре появились и Ева с братом. Вид у обоих перепуганный. Ну так ещё бы, ведь они точно знали, что натворили. Однако мы пока не подавали вида, что в курсе того, кто на самом деле предатель. Не стоит пугать загнанного зверя, как знать, что у неё в руках, ещё пальнёт с дуру. А так есть шанс подобраться открыто.
— Вы чего здесь прячетесь? — максимально спокойным голосом спросил я, едва сдерживаясь, чтобы не пристрелить мразь.
— Там… — затряслась она. — Там все умерли. Мы испугались…
Девушка выбралась на свет. Пацан, которого она называла братом, спрятался за ней, посматривая на нас исподлобья. Я окинул их внимательным взглядом и убедился, что оба безоружны. А затем шагнул навстречу и резким выпадом зарядил девушке прикладом в лоб.
Она рухнула на пол как подкошенная. Пацан попытался сбежать, но я успел поймать его за шкирку и приподнял. Мелкий завизжал и заболтал ногами, будто собирался передвигаться по воздуху. И я без зазрения совести влепил ему мощную оплеуху, чтобы тот заткнулся и перестал дёргаться.
На мгновение это сработало. Мальчишка затих, уставился на меня испуганным взглядом и вдруг заныл.
— Заткнись! — рявкнул я. — Или сейчас добавлю.
Парень притих и захлюпал носом, продолжая реветь, но уже тихонько.
— Кто тут у нас? — спросил Стэп, выглядывая у меня из-за плеча.
— Верёвку тащи, — приказал я, и он тут же скинул рюкзак.
— Нашлись нарушители? — раздался голос Макара от входа в залу.
— Да, иди помоги, — ответил я.
Чрез пару минут мы получили две гусенички и оставили с ними Макара. А сами отправились осматривать бункер, чтобы окончательно убедиться в том, что мы здесь одни.
Дальше, за общей залой, обнаружился ещё один коридор с единственной дверью в конце. За ней расположился продовольственный склад и, судя по заполненности полок, голод был не за горами. Запасов оставалось максимум до конца зимы, если не урезать паёк. Впрочем, сейчас это уже неважно, ведь кормить больше некого.