— Хм. Стой здесь, сейчас за отцом схожу. Элир, останься с ней.
Охранник поклонился, к счастью, не мне, а Тару, а то бы я решила, что окончательно с ума сошла.
Отсутствовал юный повелитель минут десять. За это время Элир усадил меня в кресло и вручил стакан прохладной воды, жестами порекомендовав пить ее мелкими глотками, чтобы немного успокоиться.
— Что стряслось? — закрыл у себя за спиной дверь Повелитель, пропустив вперед Тара.
— Мне эльфы кланяются. Все кроме вас.
Олист секунду подумал и слегка поклонился.
— А-а-а, — дурным голосом заорала я и бросилась к окну. Первый этаж, невысоко. Выпрыгнуть и бежать из этого сумасшедшего дома.
На полпути меня перехватил Элир, и вырваться не удалось.
— Прости, шутка была неудачной. Садись обратно в кресло и давай поговорим, — предложил все еще улыбающийся Повелитель.
Недоверчиво покосилась на него, но в кресло все же вернулась.
— Итак, тебе кланяются эльфы. И что в этом плохого?
— Почему они кланяются?
— Потому что ты спасла город.
— Я⁈ — они с ума все посходили что ли? — Причем тут я? Там тысячи воинов сражались, а от меня и толку почти не было.
— Хорошо. Скажи мне, побывав в этом бою, ты считаешь, что мы справились бы без ополчения?
— Нет, наверное.
— Точно нет. По оценкам штаба, ополчение уничтожило примерно треть кхара — от двадцати пяти до тридцати тысяч гоулов. И дело не только в количестве. Когда пришел Владыка, воины воспряли духом, они готовы были сражаться и умирать, но когда пришли несколько тысяч ополченцев, когда мы видели, как их заклинания выкашивают наступающих гоулов — это вселило в сердца надежду, а затем и уверенность. Идея с ополчением оказалась действительно бесценной, и то, что удалось поднять весь город, тоже твоя заслуга. К тому же многие видели, как ты спасла Владыку, и это передается из уст в уста.
— Это он меня спас, — перебила я разошедшегося эльфа.
— И данный факт окончательно убедил всех в твоей важности, — кивнул Олист.
— Но причем тут я? Ведь это была всего лишь идея, дрались-то все.
— Да, но все знают, кто именно призывал эльфов идти в бой. И ты нашла то единственное, что заставило подняться действительно всех.
— Да? Это что же я такого сказала?
— Что вы все идете защищать город. Вы, в смысле люди. И каждый задал себе вопрос, вправе ли он остаться в стороне, когда чужаки, да еще и дети, идут сражаться. Пришли даже старики, их отправили оборонять лазарет, и не зря. На фланге был большой прорыв, гоулы дошли почти до лечебных палаток. Это была бы катастрофа, поскольку без медицинской помощи мы бы не продержались. Тварей остановили те самые старики. Я тебе передать не могу, что чувствовал, глядя на седого эльфа, опирающегося на посох, потому что стоять без него уже не может, а во второй руке сжимающего меч. Ясное дело, что не именно он тварей остановил, но там всех кто-то организовал. Кто именно, выяснить так и не удалось, однако оборона была очень грамотно выстроена.
— И что же мне теперь делать? — жалобно посмотрела я на Повелителя.
— Независимый вид.
— Это как?
— Мне же тоже постоянно все кланяются. Я, кому считаю нужным, киваю, с тобой вот и побеседовать могу, так сказать за заслуги перед отечеством, а на большинство просто не обращаю внимания.
— Ох, извините, у вас ведь дел полно, а тут я со своими жалобами, — устыдилась нервная особа.
— Ничего, я как раз собирался передохнуть. Ты только ради этого пришла? — он поднялся из кресла, обозначая близкое завершение разговора.
— Нет. Я вообще-то шла пряников попросить, а по дороге напугалась нестандартной реакции на мое присутствие.