Погонял он нас знатно. И бегом, и ползком, и кувыркались, и упражнения делали как знакомые, так и новые. Даже с палками позаниматься успели. После завтрака пошли спрессовывать высохший синецвет. У артефакта, сделанного архимагом, все же обнаружился дефект — каждые десять полосок нужно было спрессовывать еще раз в небольшой брикет, и вот с этим поделка не справлялась.
Дело было простое, но долгое и нудное: насыпал, активировал, вытряхнул и так по кругу много сотен раз. Мы приспособились работать по трое: один держит коробку и активирует, двое насыпают. Элтар укладывал в отдельную сумку готовые брикеты. Управились только ближе к полудню, порядком поистратив резервы. Артефакт хоть и брал мало энергии, но, когда активируешь его столько раз, даже это сказывалось.
Архимаг велел пообедать пораньше вчерашним мясом и всех кроме Рамины увел в лес. Девочке же было поручено поискать еще полянушек. В лесу нам раздали по небольшому пузыречку и ножи. Быстро найдя гриб с мясистой шляпкой на толстой ножке, Элтр сделал на нем радиальные надрезы, из которых постепенно начал выступать молочно-белый сок.
— Собираете только ножом. Если кто-то прикоснется рукой или еще чем-то сразу зовете меня. Ясно?
Нам было ясно. Все пошли искать зачем-то понадобившуюся архимагу грибную гадость.
— Ты поэтому в лагере Рами оставил? — негромко поинтересовалась я, задержавшись рядом с магом.
— И поэтому тоже. Но и супа хочу — понравился.
— А для чего мы это собираем?
— Иногда в человеке могут завестись черви. Тогда ему дают средство, в состав которого входит сок млечного гриба. Черви погибают, а самого человека держат на заклинаниях.
Больше вопросов я не задавала, а то расскажет еще какую-нибудь гадость, и у меня окончательно аппетит пропадет. Далеко мы не расходились. Грибов хватало, а Элтар постоянно следил, чтобы никто не потерялся. Обратно собрались только часа через три, наполнив все шесть пузырьков. Когда пришли в лагерь, Рами опять была расстроена.
— Что с тобой? Грибов не нашла? — мягко поинтересовался у нее Элтар.
— Нашла, — подняла она большой лист, размером с лопух, которым был накрыт котелок. Грибы она не только нашла, но даже помыла и порезала.
— Поранилась? — забеспокоился маг. — Ты где нож взяла?
— Нет, все хорошо. А нож с хлебом лежал.
— Тогда почему ты такая расстроенная?
— Там земляника, — грустно сказала Рами.
— Какая земляника? Не время ей сейчас. Ты что-то путаешь, она же весной, а сейчас осень.
— Но она там есть.
— А там — это где? — решила поинтересоваться я.
— У эльфов, — тяжело вздохнула девочка.
— Рами, не вздумай туда ходить, — подошел к ней маг. — Ты слышишь меня?
— Да, я знаю. Просто я ее очень люблю.
— Я понимаю, малышка, но нельзя. Ты помнишь, вы мне обещали не подходить к границе?
— Я не подходила близко. Просто, когда грибы собрала, пошла посмотреть, нет ли рядом эльфов. А там земляника, — снова вздохнула девочка.
— Ладно, давайте суп варить и ужинать, — решил маг. — Вечереет уже.
Все бродили вокруг сидящей у костра рядом с Элтаром грустной малышки, и всем было не по себе.
— А давай сходим к лесу, и ты эльфов попросишь, чтобы они тебе земляники набрали и во-о-он у того дерева, что возле леса, оставили, — предложил Рейс. — Ты же всем нравишься, и границу мы не пересекаем. Может, они тебе подарок сделают.
— Пошли, — обрадовалась Рами, и они отправились к лесу.
Вернулась она уже в нормальном настроении.
— И много у тебя в семье младших было? — поинтересовался Элтар.