Черный туман полностью исчез. На полу у моих ног лежала кучка черного пепла.
Я с непониманием посмотрела на неподвижного Кая и, осознав, что это не мог сделать он, взглянула на свои ладони.
Нити...
Тонкие золотистые нити магии проходили сквозь мои пальцы, поднимались вверх по запястьям и двигались к плечам, словно стремились полностью окутать моё обнаженное тело.
Магия…
Я резко повернулась к Кайдену. Чернота ушла с его кожи, но лицо его оставалось смертельно бледным.
Я подползла к нему ещё ближе и снова приложила ухо к груди.
Сердце билось. Но очень слабо.
— Я не дам тебе умереть. Даже не надейся, Кайден Торн, — прошептала я воинственно и положила руки на его обнаженную грудь.
Тонкие золотые нити моей магии ловкими змейками начали проникать под его кожу. Проходили сквозь тело и возвращались назад, словно зашивали раны внутри.
Я нервно кусала губы, не сводя взгляда с его красивого лица, и ждала, пока он откроет глаза.
Верила, что он будет жить.
Чувствовала его.
Не как свой Щит.
А как мужчину, которого люблю.
Его веки чуть дрогнули, и я расплакалась от облегчения. Но руки так и не убрала.
Я была готова отдать всю свою магию только ради того, чтобы он жил.
— Ты меня зашиваешь? — спросил Кайден хрипло. Его губы тронула слабая улыбка, но он так и не открыл глаза.
Я улыбнулась сквозь слезы.
— Сама, если честно, не знаю… А как ощущения?
— Дракону нравится твоя магия. А мне — твои ладошки на моем теле.
Он резко обхватил мое запястье и дёрнул меня на себя.
Я распласталась на его груди и оказалась с ним нос к носу.
Посмотрела в его темные глаза с вертикальными зрачками, в которых плясал маленький оранжевый огонек.
— Я не могла дать тебе умереть, — я улыбнулась, скользя взглядом по его лицу. — Ты дважды меня обесчестил, а жениться собрался через какие-то бумаги и Лексара. Я не могу такого допустить.
Кай широко улыбнулся, и на сердце стало теплее.
Я не знала, какими словами описать мои чувства к этому мужчине.
Просто не знала. Словно таких слов не существовало в природе.
— В таком случае, придется жениться самому, — заявил он. — Но для этого мне придется обесчестить тебя в третий раз. Ведь в часовню в такой час нас не пустят.
— Тогда до рассвета у вас есть время, генерал Торн. Так уж и быть, разрешаю себя снова обесчестить, — я улыбнулась, и Кай, притянув меня за затылок, впился в губы жадным поцелуем…