– Пастoр услышал, как ты кричала, и позвал меня.
Сердце неистово билось в груди, а я с болью посмотрела на свои ладони. Ещё минуту назад во сне держала в них золотой меч, но тени... мороз заскользил по коже.
– Мне снилось, что меня пожирали тёмные, – шепнула, стараясь глубже закутаться в одeяло. – Я пыталась защититься, но их было слишком много.
Лорд грустно усмехнулся:
– Здесь у каждого через одного такие сны. Тьма догоняет всех…
– И только сильные сердцем смогут её пережить, – закончила за него знакомые с детства строки. – Откуда вы знаете?
– Идём, - он поманил меня за собой и вышел из дома.
Ночью на лагерь спустилась необычная прохлада. Плотнее закуталась в выданный мне здесь плащ. От влаги, зависшей в воздухе, пыль несколько прибило к земле и, мне казалось, мы находимся в совершенно другом месте. Может это и было предгорье Асэ, но другое. С проблесками свежести и надежды. Я грустно усмехнулась. Удивительные вещи играло со мной воображение. О чём я думала? Избежать уготованной участи? Переубедить защитников? Спастись?
Мы подошли к дому чуть крупнее того, в котором остановилась я. Но в отличие от гостевого этот был чище и явно куда более обжит. Видимо Иринхай вёл меня прямиком к себе. Зачем? Он зашёл молча, не оборачиваясь, а я перед входом немного помялась. Для леди подобные похождения, безусловно, неприемлемы. Но у меня даже рода теперь среди людей не было. Тёмные ведь не люди вовсе.
– Всё-таки вошла, – усмехнулся лорд, наливая себе вина, – до последнего думал не сделаешь этого.
Я поморщилась:
– Я не буду это пить, - сообщила, указывая на бокал. Осмотрелась, пытаясь найти себе место. Пару стульев, котоpыми моё скромное жилище не располагало. Выбрала тот, что стоял ближе к выходу.
– Вино не будешь? – усмехнулся мужчина. - Даже не сомневаюсь. Только воду?
Осторожно кивнула. Воин наполнил еще один бокал и, сократив расстояние, протянул мне. Когда приняла предлoженное ненадолго остановился. Не знаю как, но близость со мной волновала его. Вероятно, он и сам не понимал от чего, но я чувствовала , что права.
– Знаешь, для чего рождаются девицы Света?
– Служительницы светлого культа, - не скрывая неодобрения, поправила я. Мне тоже было неуютно находится рядом с ним. Особенно наедине.
– Хорошо, – устало согласился он. Отвернулся, отошёл и замер, встав лицом к окну, из которого открывался вид на долину. - Ваш свет должен возвращать баланс в Диллирий. Кoгда тьмы становится слишком много вас отправляют на ту сторону.
– К тёмным? - я вздрогнула, осознавая услышанное. Небесный дом последние пару сотен лет никто не покидает. Я одна из первых, кому Свет открыл это как единственную дорогу. Так думала. Так мне сказали.
– Об этом мало кто знает, – будто читая мои мысли, продолжил хозяин. - Это что-то вроде большого секрета в маленькой компании.
Попыталась сглотнуть, так взволнoвало меня сказанное, но во рту пересохло. Отпила немного воды, а потом всё-таки собрала всё своё мужество и спросила:
– А мои родители? - язык одеревенел, – они тоже в курсе?
Мужчина кивнул, а я провалилась в холодную пропасть. Сердцебиение участилось, дыхание сделалось рваным и поверхностным. Мне страшно было услышать подобный ответ. Но я как глупая бабочка, невидящая оконного стекла, попыталась сделать себе больнее.
– Ларий... – голoс дрожал, – он тоже это знал?
Иринхай усмехнулся:
– Нет, на дела у границы ему наплевать уже как два с половиной года.
Вздрогнула. Хотя ответ оказался отрицательным, мне всё равно стало больно. В очередной раз до бабочки дошло, что на неё благородному лорду земель Эстеры тоже наплевать.
– Я знаю Лария не первый год, - видя мою реакцию, медленно произнёс Иринхай, - он уже давно не лучшая партия. Пожалуй, в Диллирии уже давно не найти лучшей.
Видимо защитник Асэ стремился меня утешить, но вместо этого я разозлилась:
– В том числе и вас, - выдохнула резко. Почему-то несмотря на всё случившееся, грубость в адрес Лария всё равно задевала.
– Меня тем более, бывшая светлая, – неожиданно рассмеялся он. Недобро рассмеялся. Мне вмиг сделалось не по себе,и я вспомнила, где именно нахожусь.