Я сам не заметил, как нарезал все ингредиенты, сложил их в котелок, долил воды, посолил и поставил на огонь. Макс, чьи воспоминания жили где-то в голове, снова дёрнулся — что ж его так триггерит на открытое пламя?
Отлично. Остаётся следить за готовностью. Я вспомнил о редкоцвете и сразу бросил его в бульон.
Котелок порадовал меня оповещением:
Пряная куриная похлёбка. Готовность 0%.
Свойства:
Сытность 30%.
Повышает ясность ума на 10%, бодрость на 5%.
Я с удовлетворением потёр ладони и оглянулся. Может, ещё что-нибудь приготовить?
В этот момент на кухню вошла Мария. Ладонь правой руки у неё была перевязана чистой тряпицей.
— Почему горшок до сих пор на огне? — с порога напустилась она на меня. Упёрла руки в бока, но вспомнила о ране и опустила ладонь.
— Похлёбка ещё не готова, — ответил я, глядя ей в глаза. — Горшок разбился, и я сделал новую, только поставил на огонь.
Мария недоверчиво прищурилась и посмотрела на котелок. Перевела взгляд на меня. Я невозмутимо пожал плечами, мол, что тут такого, варю похлёбку. Мария подняла крышку и сняла пробу деревянной ложкой. Пожевала губами. Покачала головой. Я, затаив дыхание, ждал её вердикт.
— Неплохо, — сказала она, не глядя на меня. — Даже удивительно. Никто не помогал?
— Сам сделал, — подтвердил я.
Душа моя ликовала. Вот так-то! Я же говорил, легче лёгкого! Руки чесались сделать ещё какое-нибудь блюдо, но я вспомнил о прокачке своих очков укрепления тела. Кухня — не то место, где я могу укрепить тело физически. Как бы ни хотелось проявить себя поваром и прокачать навык «Кулинария» (наверняка пригодится!), первоочередная задача — тело.
Из зала послышались голоса — пришли новые посетители. Я поспешил туда — пока что поработаю с подносом, а там посмотрим. Я выявил, что благодаря похлёбке с редкоцветом, прогресс опыта растёт примерно в два раза быстрее. И пока активен эффект, я вполне смогу получить сегодня ещё десяток очков, так что к вечеру надеюсь набрать две трети от необходимых ста. Ну, если не буду филонить.
А после ужина можно и в конюшню вернуться, там тоже есть, где поработать. А на крайний случай…
Но моим планам не суждено было сбыться.
Мария кликнула меня на кухню.
Стоило зайти, я увидел большой мешок с лямками, заполненный примерно наполовину. Рядом, обёрнутные в чистое полотенце, стояли большой кувшин, горшок со съестным и холщовый мешочек, из которого доносился одуряющий аромат тех маленьких булочек.
— Отнесёшь мастеру Альберту, — распорядилась Мария. — В два захода придётся, всё сразу ты вряд ли потянешь.
Я приподнял мешок, оценивая вес. Заглянул внутрь: овощи. Немало, килограммов пятнадцать. Вспомнил, что нагрузки значительно помогают в прокачке тела. И смело заявил:
— Думаю, я смогу отнести всё.
Мария, прищурившись, посмотрела на меня, но я твёрдо встретил её взгляд. Она пригрозила:
— Если по дороге уронишь, посуда разобьётся. Сначала Альберт тебя прибьёт, а потом Виктор.
— Не уроню, — сказал я. — Главное, чтобы мешок выдержал.
— Так тому и быть.
Мария добавила к овощам всё, что стояло снаружи, и теперь мешок распирало так, что едва не расходились швы. Я снова приподнял его — килограмм 25–30. На руках такое нести тяжело, а вот на спине — можно. Я присел, продел руки в лямки мешка и подкинул его себе на спину, выжимая вес ногами. Поднялся, чувствуя, как дрожат поджилки.
— Дорогу помнишь? — спросила Мария, с тревогой глядя на меня. Думаю, она больше переживала за мешок с продуктами, чем за Макса.
— Э-э-э… — протянул я неуверенно. Попытался вызвать в памяти путь до лесного домика, но безуспешно.