Я замер на пороге и засмотрелся.
Бесформенный кусок металла на моих глазах превращался в вытянутое лезвие. Удар, поворот, удар, поворот. Молот падал точно, как метроном.
Бесконечно можно смотреть, как горит огонь, как течёт вода и как работают другие люди.
Тем временем кузнец опустил готовое лезвие в воду. Раздалось шипение, повалил пар, молотобоец наконец обратил внимание на меня. Он грузно подошёл к двери, скрестил на груди здоровенные руки. Предплечья были толщиной с мои бёдра!
— Чего надо? — спросил кузнец.
— Заказ хотел сделать, — сказал я, выпрямляясь. Нужно держать марку, я ведь не просто подросток, я хозяин таверны. Пускай и временный. А ещё у меня только час повышенного обаяния.
— Заказов на неделю вперёд, — буркнул кузнец и развернулся уходить.
— Я из таверны Виктора, — сказал я ему в спину. — У нас пожар был. Знаете, наверное.
Кузнец замер вполоборота.
— Ну и?
— Мне нужен набор ножей. Чтобы заработать на ремонт, я должен готовить и продавать еду. А повар без ножей — как кузнец без молота, понимаете, о чём я.
Сам себе удивился, слова лились изо рта сами собой, будто журчащий ручеёк.
Второй кузнец подошёл ближе. Пониже, но руки такие же — будто из дубовых корней вырезаны, этот явно был главным.
— После похлёбки у Виктора я на днях в два раза быстрее работу сделал, — сказал он. — Хороша стала похлёбка.
— У нас заказ от барона, мастер Фабий, — тихо напомнил высокий. — Забыл? Воевода по голове не погладит.
— Да брось, Кир, сколько там на кухонный ножик уйдёт, — отмахнулся низкий и повернулся ко мне: — Тебе ведь простой нож нужен?
— Если можно — два ножа и тесак для мяса, — сказал я, чуть поклонившись. — Я заплачу.
— Какой ещё тесак? — Кир выпрямился, почти упершись макушкой в потолок.
— Для разделки мяса, — объяснил я. — Хорошая мясная похлёбка начинается с правильной рубки. Кости, хрящи, суставы — простым ножом замучаешься рубить. А тесаком, ммм, заглядение. Всего три удара, и готово. Тем более когда работа таких мастеров. А зато какой бульон выходит наваристый. Из косточки и мяса, закачаешься! Приходите завтра, попробуете сами.
В животах у обоих кузнецов громко заурчало. А я мысленно поблагодарил сладкий вьюн.
Они явно готовы были внимательно слушать и принимать заказ.
— Можно я нарисую?
Не дожидаясь ответа, я присел у порога и пальцем в пыли изобразил три инструмента. Шеф-нож с широким лезвием — для нарезки. Универсальный нож с более узким лезвием, для чистки и мелкой работы. И тесак — прямоугольный, тяжёлый, с выступами по краям.
Кузнецы переглянулись. Кир молча ушёл вглубь кузницы. Мастер Фабий покачался с пятки на носок, прикидывая.
Ника выбрала именно этот момент, чтобы высунуть мордочку из-за ворота рубахи, и Фабий уставился на зверька.
— Тоже голодный? — сочувственно спросил он, затем перевёл взгляд на меня. — Выращиваешь зверушку, чтобы ядро потом добыть?
Я представил, как кто-то подходит к Нике с ножом ради ядра. У меня внутри всё перевернулось.
— Нет! — отрезал я. — Это мой друг!
— Ладно. — Фабий одобрительно кивнул. — Зверьков обижать нельзя. Тем более таких пушистых. Сделаем мы тебе ножи. За три серебряных, уж не обессудь — двойная цена за срочность.
Я внутренне похолодел. Три серебряных. А у меня было с собой одна серебрушка и четыре медяка. Да и выручки таверны хватит только на половину цены. Впрочем, без инструментов таверна не заработает. Без таверны не будет денег. Замкнутый круг, который нужно разорвать. Правда, у меня и свои деньги есть, доставшиеся от Змея.