Выживала. Том 3: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Второй раз закинул блесну со всей силы, далеко, метров за 40, однако сразу же из катушки выскочила борода. Пришлось аккуратно сматывать лишнюю леску на катушку, аккуратно распутывая петли. Естественно, и этот заброс тоже не пошёл в зачёт. И только с третьего приноровился и начал закидывать относительно хорошо. Глубина здесь была, судя по всему, метра два с половиной — три, плюс имелось небольшое течение. Поэтому, забросив, ждал секунды три, пока блесна пойдёт ко дну, одновременно начиная выбирать излишки лески. Когда леска становилась в лёгкую натяжку, начинал подматывать. Вёл прерывисто. Сначала проводил метра два, потом на полсекунды останавливался, делал лёгкий взмах удилищем вправо, потом снова начинал подматывать, останавливал, делал взмах удилищем влево, потом опять начинал подматывать. Это называлось прерывистая проводка. Блесна в это время сначала шла по наклонной вверх, потом останавливалась, начинала падать ко дну, но тут же делала рывок в сторону вправо, потом рывок влево. В общем, вела себя как раненая или больная рыба, которая не может быстро плавать и которую тянет то вверх, то наоборот, ко дну.

На втором забросе Григорий Тимофеевич почувствовал поклёвку: резкий удар по блесне. Подсёк, увидел как согнулась вершинка спиннинга и начал подтягивать к себе. По тому как относительно легко идёт рыба, сразу понял что это окунь, весом примерно в полкилограмма. Так и получилось. Вытащил на берег, отцепил и положил в сумку, которую взял с собой.

Потом были ещё несколько пустых проводок, пришлось перемещаться ниже по течению, и там поймал ещё одного окуня, весом примерно в килограмм.

После этого, как обрезало, больше ничего не клевало. Покидав впустую спиннинг, Григорий Тимофеевич возвратился к сыну.

— О, да у тебя тут неплохо, — рассмеялся батя, подойдя к Женьке, который сидел перед единственной оставшейся закидушкой. — Что поймал?

— Четыре окуня и язя, ещё чутка мелочи, — важно заявил Женька. — Но сейчас уже ничего не клюёт.

— Да ты просто мастер! — похвалил батя. — Я тоже двух окуней поймал. Хорошие!

Он показал окуней Женьке. Действительно, неплохие.

Батя решил на спиннинг больше не рыбачить, взял удочку, с которой ловил живцов, попробовал ловить на неё, сменил несколько мест, но клевать уже перестало. Солнце поднялось ещё выше, туман прошёл, стало видно всю реку. Потеплело.

— Давай перекусим, — заявил батя. — отдохнём, переведём дух, потом посмотрим, что делать.

Пожалуй что, это было верное решение. Батя расстелил газету, достал из рюкзака лёгкий перекус: хлеб с колбасой и сыром, варёную картошку, соль, чай в термосе. Не спеша пообедали. Сразу улучшилось настроение, которое и так было неплохим.

Пока обедали, внимательно смотрелись. У причала речного вокзала пассажиры садились в «Зарю». Потом, через 10 минут, теплоход задним ходом отвалил от причала, какое-то время плыл по течению, потом набрал ход и погнал вниз, постепенно набирая скорость, выходя на глиссер, и разгоняя высокую волну к берегам. Проплыв примерно 200 метров вниз по течению у этого берега, теплоход начал пересекать реку к противоположному берегу.

— Смотри, Семён, там бакены стоят, — сказал батя, показав рукой на корму теплохода. — Похоже, от этого берега фарватер отходит к противоположному, здесь перекат должен быть.

— Хочешь на перекате блесну покидать? — догадался Женька.

— Пойдём, попробуем, может, что-нибудь получится, — согласился батя. — С закидушками рыбачить не имеет смысла, у меня запасных поводков с тройниками нет, а сейчас их делать неохота.

Пожалуй, отец был прав. Пока они обедали, на закидушку с червяками ничего не попалось, только мелочёвка обожрала наживку. Рыбачить здесь дальше — только время впустую терять. На удочку тоже ничего не ловилось, очевидно, что сейчас поймать что-либо можно было только на живца или блесну: хищная рыба готовилась к зиме. По идее, можно было пойти домой, но и отец, и сын как будто чувствовали, что это их последняя вылазка на природу в этом году, больше такого не будет, ведь скоро испортится погода, и на реке станет холодно, сыро и совсем некомфортно, да и рыба перестанет клевать, кроме склизких налимов, а их ловить — это сродни подвигу. Поэтому старались до последнего продлить пребывание на реке.

Пообедав, батя смотал все закидушки, положил в рюкзак, собрал удочку, положил в чехол и отдал его Женьке. Рыбу из садка вытащил и положил в клеёнчатый конверт, переложив крапивой, и сунул в рюкзак, который накинул на плечи. Предстояла рыбалка активная, когда нужно постоянно перемещаться. Таскаться с садком не хотелось.

— Килограмма четыре поймали! — радостно сказал батя. — Сейчас, когда рюкзак накинул, сразу почувствовал.

Батя взял в одну руку спиннинг, в другую коробку с блёснами, и хрустя сапогами по камням, отправился вниз по течению, в направлении, где рыбачил последний раз, Женька направился за ним. Когда прошли метров 200, действительно увидели, что течение значительно убыстрилось, на воде появились разводы, говорящие о наличии крупных камней на дне. Примерно в 30 метрах от берега мелководье ограничивали красно-белые бакены, вокруг которых бурлила вода.

— Видишь, этот красно-белый бакен, говорит о том, что здесь сильное прижимное течение к левому берегу, — заявил батя. — Тут от берега отходит каменная отмель, и фарватер отходит вправо, поэтому течение прибивает на мель. Очень опасное место для судоходства. Если буксир тянет баржу, и лоцман полоротый, поздно начнёт вправо отваливать от берега, можно баржу кормой на камни посадить. Будет её разворачивать поперёк течения.

— Откуда ты так много знаешь? — удивился Женька.

Конечно, о речном судоходстве он кое-что знал, цвета бакенов, об отбойных и обратных течениях, названиях подводных препятствий, направлениях фарватера и прочим, потому что это входило в его интересы блогера-экстремала, но отец-то…

— Семёныч, не забывай, я на большой реке жил, на Подкаменной Тунгуске, — заявил батя. — Она поболее, чем эта Томь. И суда у нас там ходили поболее, чем здесь.

— А тут какое судоходство? — спросил Женька. — Я, кроме этой «Зари» и буксира с небольшой баржей, ничего не видел.

— А вот такое здесь и судоходство, совсем маленькое, — рассмеялся батя. — Ещё катер «Волгу» видел, это вообще высший класс, на таких Рыбнадзор ходит. На подводных крыльях, длина 8 метров. Ладно, попробуем сейчас здесь, в камнях блесну покидать. Может, щука есть.

Женька бросил взгляд на перекат. Глубина там была не сказать чтоб слишком маленькая, может быть, с метр-полтора. По крайней мере, близко к поверхности камней не было видно, только лёгкие водовороты от них.

Батя размахнулся и со всей силы запустил тяжёлую блесну, плюхнувшуюся метрах в тридцати от берега, прямо перед ним. Чуть подождал, потом начал подматывать леску. Судя по всему, блесну сильно сносило течением, и батя вытащил её ниже по течению.

— Придётся кидать не так, — заявил батя, размахнулся и запустил блесну намного сильнее и выше по течению. Потом начал подматывать и примерно в 20 метрах от берега ощутил резкую поклевку, да такую, что металлическая вершинка спиннинга согнулась чуть не дугой.

— Есть! — крикнул батя и подсёк, выгнув спиннинг ещё сильнее.

Потом начал вываживать. Рыба, судя по всему, попалась крупная, и шла она с трудом. Делала резкие рывки то вправо, то влево, иногда тянула в глубину, да с таким усилием, что подматывать было невозможно, и тогда батя слегка отпускал леску на тормозе-трещётке, давая рыбе погулять, но слишком свободы не давал. Потом опять начинал подматывать и примерно через 10 минут подтащил рыбу к берегу, на мелководье. Сачка с собой не было, поэтому просто выволок на камни.