По мгновенно расширившимся глазам Дамиреса я поняла, что мои слова попали в цель. Но легче от этого не стало – теперь все зависит от того, насколько далеко он решится зайти в своем благородстве и чувстве вины.
– Хорошо, – одними губами произнес мужчина. А после добавил громко. – Я позволю тебе увидеться с ним, Лора. Вы двое – оставайтесь здесь, да проследите, чтобы никто больше не вздумал заявиться к нам в гости!
Свита Дамиреса недовольно заворчала, но тут же затихла, стоило пирату недовольно покоситься на них. Рей открыл дверь шлюза и кивнул стоящим с другой стороны в коридоре пиратам. Те тут же вытянулись по струнке, но не особо старательно – все же они не были военными.
Идти пришлось недалеко, и за первым же поворотом Дамирес остановился возле одной из дверей, ведущих в техническое помещение. Сразу открывать он не стал, вместо этого повернулся ко мне со слегка смущенным видом и сообщил:
– Твой муж сейчас не в лучшем состоянии. Я... допрашивал его. Но он жив, не переживай – собирался убить его позже, – он сдавленно хохотнул, но заткнулся, наткнувшись на мой злой взгляд, и помрачнел. – Я отпущу его, пусть с большим удовольствием свернул ему шею. Но я чту свои клятвы и обещания – и долг жизни не могу не вернуть, иначе удача отвернется от меня.
Я посмотрела на Дамиреса скептически, не слишком-то веря его словам. А внутри рос страх за Ричарда, и хотелось поскорей увидеть его, убедиться, что пират не соврал.
– А как же твои собратья? Они не решат пристрелить нас в обход приказа?
– В открытую не посмеют, – хмыкнул мужчина. – А вот потом придется снова доказывать им, в чьих руках власть.
Я проигнорировала его слова, не собираясь жалеть его. Сам выбрал такую судьбу.
– Что ж, идем.
Не дождавшись моего ответа, Дамирес открыл дверь, и стоящие возле выхода пираты, охраняющие Ричарда, напряглись, берясь за оружие. Но, узнав главаря, расслабились.
Шагнув внутрь следом за Реем, я поискала взглядом мужа, и замерла, как вкопанная, увидев его. Прикованный к какой-то трубе, бледный, в крови, он неподвижно лежал на полу, и на какой-то миг мне показалось, что Ричард мертв. Сердце упало в пятки, и я всхлипнула, хватая ртом воздух, которого стало катастрофически не хватать. А потом бросилась к мужу, лихорадочно нащупывая пульс на шее.
Жив... Слава космическим богам, он жив!
Словно сквозь туман я услышала недовольный голос Дамиреса:
– Что с ним?
– Пытался сбежать, – невозмутимо ответил ему один из охранников. – Пришлось успокоить.
Вскочив на ноги, я бросилась обратно, и тот, кто говорил, невольно отпрянул от меня – таким свирепым, должно быть, было сейчас мое лицо. Но досталось не ему, а Дамиресу. Звон пощечины эхом разлетелся по помещению, и на щеке мужчины остался красный след. Его глаза вспыхнули яростью, но он остался неподвижен. А после сквозь зубы бросил подчиненным:
– Отстегните его и несите в лазарет. Я закончил с ним, он мне больше не нужен.
Глава 30
Ричард
Я пришел в себя от нежного поцелуя и прикосновения знакомых рук. Странно, но у меня ничего не болело, будто и не было ничего. Правда, что именно со мной случилось, я помнил смутно – лишь то, что было чертовски больно.
Не открывая глаз, я ухватил жену за руку, притягивая к себе, и на ощупь нашел ее губы, по которым, оказывается, жутко соскучился. И, как ни странно, она почти не сопротивлялась, сама прильнув ко мне всем телом.
– Лора... – выдохнул я, чувствуя, как стало тесно в штанах.
И неизвестно, до чего бы дошло, если бы ко мне не вернулась память.
Вот черт, Дамирес!
Я открыл глаза, с внезапной злостью уставившись на раскрасневшуюся от поцелуев жену, сидящую на краю кушетки, где я лежал.
– Лора. Какого черта?
Глаза женщины расширились, и она отпрянула от меня с виноватым видом.
– Прости, не удержалась. Знаю, что вот так после медкапсулы нельзя сразу, но ты сам...
Закипая от ярости и жгучей ненависти, я резко сел, быстро оглядевшись. Но, как ни странно, в лазарете мы были совершенно одни. Где же этот ублюдок?