- Позолоти ручку, - хитро сощурился цыганенок.
- Тьфу, цыганская кровь, - она полезла в сумку, нашла пару мелких купюр и передала в загребущую грязную ручонку.
- Ну, пошли, - сказал цыганенок и повел их в совсем другую сторону.
- А разве не здесь? – удивленно пробормотала Марковна, тыча пальчиком в здание с колоннами.
Но подруги уже бодро потопали за мальчонкой. Только он свернул в переулок, потом ещё раз свернул, и вот они уже в тесном дворике, позади каких-то хибар.
И тут их встретила совсем не мать Мария, а весьма разношерстная банда малолетних преступников.
- Ну, девки, деньги гоните, - скомандовал один из бандитов, он стоял и демонстративно поигрывал ножиком.
- К-как-ка-ки деньги, - испуганно заблеяла Марковна.
- Такие, мы берем рублями и валютой, - заржали малолетние преступники.
- Я сейчас на вас порчу наведу, - вдруг заорала Тимофеевна, она ловко встряхнула мешок, и оттуда начали вываливаться кружки воска с торчащими волосами, а под конец выпал кружок, в котором была челюсть, возможно искусственная.
Парнишки уставились на все это богатство и затряслись.
- Они ведьмы, ведьмы, бежим! – заорал один из них и бросился наутек, за ним рванули и остальные. Но вот тот парнишка, что привел их сюда, убежать не успел. Ловкая рука Фроловны цепко схватила его за воротник.
- Стой, - скомандовала она. – Я тебя просила провести нас к Марии, веди.
- Тетеньки, не надо, тетеньки, я больше не буду, - просил малец, бледнея.
- Я тебя сейчас заколдую, ты будешь косой, хромой и писаться в постель, - зашипела Фроловна, сузила глаза и сжала губы. – Я твою семью до седьмого колена прокляну, если ты меня сейчас не отведешь к Марии.
- Не надо тетенька. Не надо, - причитал малец. – У нас много Марий, не знаю, к какой везти.
- Значит, будем ходить по всем, - выдала Фроловна, пока Марковна с Тимофеевной собирали с травы артефакты.
Они обходили один дом за другим, но нужной Марии все не находилось. Им везде обещали погадать, снять порчу и сглаз, но им нужно было совсем другое. Повезло им только в десятом доме, когда на улице уже начало темнеть. На порог вышла именно та, что называла себя матерью Марией. Звали её Мариной на самом деле, но где Марина, там и Мария. И она действительно была потомственной гадалкой.
- Не входите в дом, - махнула она им рукой. – Не тащите грязь сюда. Это страшные вещи, что вы взяли у мертвой колдуньи, нельзя с ними в чистый дом входить.
- И куда нам с ними? – зло воскликнула Фроловна, она устала, у неё болели ноги, и её ужасно раздражала эта цыганская гадалка.
- Ничего я вам нового не скажу, - замахала на них руками цыганка.
- И чего нам с этим барахлом делать? – возмутилась Марковна. – Вы же сами сказали, что надо достать тот предмет, которым двух любящих людей разлучили.
- Сказала и сказала, карты так поведали, - махнула рукой цыганка.
- Договаривайте до конца, - топнула ногой Фроловна. – А не то я сейчас все это безобразие вам на порог вывалю и по участку раскидаю.
- Ай, вей, нельзя, - испуганно закрестилась гадалка.
- А мне насрать, - и Фроловна схватилась за мешок, порылась там и вытащила ту восковую артефактину, где была чья-то вставная челюсть. – Вот!
И Фроловна, размахнувшись, швырнула челюсть в палисадник.
- Нет, нет, это заговор был на смерть, - испуганно орала гадалка.
- А мне все равно, - Фроловна уже доставала следующую.
- Нет, не делай этого, забери все обратно, я тебе скажу все, - затараторила Мария.