В любом случае, я и так слишком здесь задержался, и пора подниматься дальше. Собрал на всякий случай несколько веточек кровавой ягоды, нарвал ромашки на чай и пошёл дальше. Когда покидал долину, меня преследовало чувство, будто вновь оставляю за спиной нечто родное, нечто… знакомое.
Так случалось каждый раз, когда место силы оставалось за спиной, но в этот я пообещал себе, что обязательно сюда вернусь и займусь медитацией. Обязательно, но только не сейчас… Нужно было что-нибудь съесть, отстирать одежду, пока на коже не появились очаги заражения, и, по-хорошему, проведать дедушку.
С этой мыслью я добрался до второго перевала, по пути нарвал дикой морковки, наткнулся на пару клубней батата, который выглядел так, словно его здесь его кто-то выращивал, и протиснулся сквозь каменный проход.
Меня поприветствовала лачуга Лиса, из трубы которой привычно валил густой дым. Время обеда. Голодный, словно волк, я отчётливо уловил запах готовящегося риса, кисловатый аромат ферментированных корнеплодов и нотку свежих овощей. В животе предательски заурчало, и я начал всерьёз подумывать о том, чтобы съесть морковку и батат в сыром виде.
Казалось бы, какая вообще разница? Еда есть еда, ешь как хочешь и где хочешь, всё равно в животе всё смешается, а на выходе будет одного и того же цвета. Однако я сумел сдержать голодный порыв, бросил добытое в горах у своего маленького лагеря и подошёл к двери лачуги.
Она была приоткрыта, а хозяин внутри гремел посудой. На мгновение я потешил себя мыслью, что сейчас её открою, а внутри дедушка будет уплетать за обе щеки, но реальность оказалась куда более прозаичной.
Вежливо постучав, больше для вида оповещая о своём появлении, я открыл дверь. За столом сидел Яо Ху, привычно убрав свои серебряные от седины волосы в длинный хвост и мастерски орудуя палочками для еды. Первое, что бросилось в глаза, — это плошка риса, тарелка нарезанной ломтиками лобо, или, проще говоря, белой сладкой редьки и завёрнутые в листы салата древесные грибы.
Чёрт, видимо, кислый запах не позволил мне их распознать, а в остальном… Думаю, мой бывший инструктор на курсах был бы за меня горд. Я сглотнул появившуюся во рту слюну и коротко произнёс:
— Я вернулся.
Яо Ху ничего не ответил. Он закинул в рот рисовый шарик, который настолько слипался и окутывал палочки, что был больше был похож на кашицу, нежели на хорошо пропаренные зёрна. Слишком долго варил, слишком много воды. Редька, пускай, и нарезана с точностью мастера клинка, но была слишком кислой. Даже не пробуя, я с лёгкостью мог сказать, что её либо передержали в уксусе, либо добавили слишком много сахара, оставив мариноваться в открытом горшке.
Единственное, что он не сумел испортить, — это свежие листы салата и жаренные на огне древесные грибы. Тем не менее, пускай Яо Ху и был грозным практиком, обладающим собственным духовным оружием, повар из него никакой. Видимо, то же самое можно было сказать и о его навыках алхимии.
— Как мой дед? — спросил я после долгой паузы, подумывая о том, как вкусно пах свежий рис.
— Так же, — спокойным голосом ответил Лис и продолжил обедать.
— Может, нужны какие-нибудь травы? Лекарства из деревни? Если ничего не делать, то…
— Сейчас время обеда, — холодно прервал меня отшельник. — Я ем… Займи себя чем-нибудь.
Я пересилил себя, чтобы не попытаться ему врезать, но вовремя заметил, что повязки дедушки были заменены на свежие, а рядом с единственной кроватью стоял небольшой алтарь с благовониями. В обычной ситуации сакральные ритуалы и свечки не вызвали бы у меня доверия, когда речь шла о лечении. Однако в моем мешке лежали баночки с мазью, которые на моих глазах затягивали неглубокие раны, не оставляя от них даже и следа.
Пришлось себя убедить, что, видимо, на данном этапе пока ничего невозможно сделать, поэтому вышел из лачуги, добрался до лагеря и решил, что действительно неплохо бы подкрепиться. Дикая морковка и батат. Ничего сверхъестественного у меня приготовить из них не выйдет. На всякий случай откусил и того, и другого на случай, если они окажутся уникальными ингредиентами, но интерфейс молчал. Значит, просто отварю всё и съем, не подавившись.
У реки набрал в котелок воды, вернулся к уже разведённому костру и поставил его на огонь. Пока нарезанные овощи варились, а в обожжённом глиняном стакане заваривался чай, достал из мешка свиток с инструкциями для начальной закалки и принялся внимательно вчитываться.
Дедушка бы точно смог прочитать и научить меня новым иероглифам, но по моей вине он лежал без сознания, а значит, придётся додумывать самому. Свиток, который на самом деле можно было назвать настоящей портянкой, я расстелил на земле подальше от огня и прошёлся пальцем по первой строке.
Меридианы, поглощение энергии, развитие ядер — пока ничего нового. Изображения поз для медитации, антропоморфная картинка человека с завитками в голове и животе. Схематические меридианы были слишком просты, ведь даже для меня процесс использования духовной энергии казался намного сложнее. Но на то она и есть «инструкция для начального закаливания».
Нашёл раздел с демоническими духами, который пропустил ранее. Тогда я был слишком возбуждён новыми знаниями и старался как можно быстрее овладеть первым рангом, не дочитав даже до середины.
Моих обрывочных знаний иероглифов хватило, чтобы понять базовое описание этих монстров — а инструкция напрямую называла их «демонами» или «монстрами». Их можно было встретить как в проявлении обычных зверей, взять в пример тех же тулонов, так и существ совершенно хтонической формы.
Мир был намного больше нашей деревни и хранил в себе множество тайн, о которых я даже не догадывался. А где тайны — там и опасность. Я представил, что мне не только придётся встретить их на Пути к силе, но рано или поздно начать охотиться на этих смертоносных тварей. Одна лишь эта мысль не просто будоражила сознание, она возбуждала во мне дикое желание всё бросить и отправиться в путь. Однако разумом я прекрасно понимал, что в таком состоянии меня сожрёт первый попавшийся яогуай.
Нужно стать сильнее.
Я сделал глоток терпкого чая, который, несмотря на полевую заварку, всё равно получился низкого качества. Правда, куда ещё ниже? Крепкий, откровенно пахнущий травами, он больше походил на кипяток с ромашкой, но этот вкус навёл меня на мысль. Что, если попробовать напитать его духовной силой? Ведь в пещере у меня частично вышло управлять линиями потока.
Поставив кружку у ног, я принял позу для медитации и глубоко вдохнул. Вдох-выдох. На десятый сумел погрузиться в медитацию и принялся прогонять энергию сквозь меридианы. Получалось уже намного лучше. Ци проникала в моё тело, концентрировалась на внутренних путях и вихревым потоком наполняла меридианы.
Ядра всё ещё молчали, но другого я пока и не ждал. Энергия покидала моё тело с каждым выдохом, но вместо того, чтобы позволить его раствориться в воздухе, попробовал усилием воли направить её на стакан с чаем. Не знаю, что именно должно произойти, но, кажется, что-то получалось.
Я некоторое время продолжал гонять туда-сюда энергию до тех пор, пока сквозь плотную завесу медитации не почувствовал отчётливый запах гари. Не успел и ничего сделать, как вмешались инстинкты и заставили открыть глаза.
Не знаю, сколько прошло времени, но вода в котелке успела выпариться, а батат с морковкой пригорели к дну. Я попытался насадить сладкую картошку на кончик ножа, но тонкая кожица лопнула, а мякоть развалилась в кашу. От морковки тоже мало что осталось, и мне пришлось отскребать то, что не прилипло ко дну.
Молодец, Рен, мастер готовки! Однако жрать хотелось настолько сильно, что я был готов грызть чугун котелка, если понадобится. Поэтому горячий, но всё же съедобный батат вместе с морковкой провалился в желудок незаметно, и у меня даже получилось не обжечься. Уже холодный к тому времени чай подогрел на углях, и я поднёс его ко рту и сделал небольшой глоток.