— Неожиданно. Ну, про наших гостей, я надеюсь…
— Ну что вы, даже речи быть не может, — качает головой водитель. — Я, если даже взять в скобки мою верность клятве, то ещё и жить хочу. Потому и говорю сейчас вам. Никого не видел, ничего не знаю.
— Это хорошо. Поможете мне с тем, чтобы тоже никто особо ничего не видел и у нас?
— Да, конечно. Я машину подгоню к подвалу. Ксения Дмитриевна клетки туда поставила. Я так понимаю, они будут вам нужны там. Только всё равно ничего не получится, если вы хотите их допросить.
— Почему вы так решили? — удивлённо говорю.
— Слухи ходили, что в случае пленения они себя должны убить, и у них есть для этого все возможности.
— Да, это неприятно, — говорю.
— Ну, как есть. Приехали.
Глава 43
Двери в моё поместье открываются, словно нас ждут каждую секунду. Мобиль подъезжает как можно ближе к чёрному ходу подвала.
Людей в доме все также немного, да и так поздно бодрствующих — еще меньше. В общем-то, всего пятеро человек — два охранника, Ксения, кто-то на кухне и мой водитель. Остальные спят, что и правильно.
Големы также спокойно лежат в земле поместья и активно следят за внешним периметром. Никто пока самим поместьем не интересуется, что тоже радует. Кажется, временно, попытки меня достать уже на территории прекращаются.
В этом есть смысл — из ловушки бюрократии мне вылезти сложнее, а провоцировать лишнее внимание моему дядюшке точно сейчас уже не нужно. Все шансы на простое разрешение в свою пользу он уже использовал. Вот только Каляев… но тут у меня есть зудящее ощущение, что с графом Самойловым эта схема пересечения не имеет — слишком рискованная и без прямого смысла. Хотя кто знает? Допросить бы мне моих гостей…
Обращаю внимание на сигнатуры — глубокий сон. Почти кома. По крайней мере, сознательных движений по поверхности разума почти не проскакивает. Кажется, даже без снов.
— Лучше отсюда. — парень-водитель довольно скуп на слова. Лишний раз товарищей на задних сидениях видеть тоже не хочет. Грамотно создает ситуацию, в которой он даже на допросе менталиста не сможет описать моих «посетителей».
— Хорошо.
Выхожу из мобиля.
На выходе дома встречает Ксения.
— Ксения Дмитриевна, — обращаюсь к своей уже, можно сказать, утвержденной управляющей. — Подготовьте мне ужин.
— Да, конечно, — соглашается девушка, окидывает взглядом мобиль и тут же уходит в дом.
Похоже, подоплёку с нашими гостями она прекрасно понимает, поэтому создавать мне лишнюю точку риска сознательно не хочет. В сигнатуре, опять же, ко мне очень высокий уровень доверия.
Радуюсь. Найти людей, которые понимают тебя с полунамека — вот главная удача.
Отрываем железные двери черного хода, и из подвала раздается многоголосый животный грай. Подготовленная живность молчать на появившийся квадрат света не намеревается.
Свет в подвале тут же зажигается сам, и крики живности вроде стихают. Вовремя дух дома подсуетился, кажется.
С помощью водителя, и придерживая телекинезом обоих бессознательных товарищей, перетаскиваем моих гостей в подвал, уже в их личную клетку.
От этой картины мне не по себе, но теоретически, им все равно, где валяться без сознания. А тюрьмы у меня в поместье просто нет.
Даже этот подвал — это скорее холодный склад, с местами отключенным сейчас температурным режимом, чем оборудованная лаборатория. Пара огромных винных бочек, малая пирамида из трех поменьше — медовых, судя по сладкому запаху, говорит о том же.
Надеюсь, мои эксперименты им не повредят. Содержимое меня уже заинтересовывает. Но к нему вернусь точно позже.
Ксения к моему распоряжению про животных отнеслась очень внимательно. Кажется, мне сюда скупили ассортимент целого зоомагазина, если такой вообще присутствует в столице.
С удовольствием вижу небольших поросят в этом зоопарке. О них я не подумал — а ведь они ближе всего к человеку в физиологическом плане. Обезьян-то достать за один день стало бы проблемой. С другой стороны — мне не нужны длинные эксперименты. Всего два вопроса.