– Полное впечатление о романе я составлю, когда ознакомлюсь с предысторией. Если ты, Максим, не против. Главное, не переживай: книгу я у тебя не сопру.
Журналист принял у меня из рук пакет и снова не сдержал улыбку.
– Спасибо, Максим, – произнёс он. – Мой компьютер в твоём распоряжении. Только условие: пепел на клавиатуру не сыпать, пятна от пива или кофе со стола утром убрать. Новую главу не удаляй – я её днём почитаю.
Журналист ушёл – Персик шумно выдохнул и покачал головой.
Он вытер воображаемый пот со лба и сообщил:
– Сержант, я сегодня пересрался. Думал, конец нашим ночным посиделкам. Да ещё и зарплату не получу. Она у меня хоть и не большая, но всё же не лишняя. Этот Запарин меня конкретно запарил: журналюга, одним словом.
Персик закурил, выдохнул в сторону приоткрытой форточки табачный дым.
– Сержант, а ты не боишься, что Лёня твою книгу сопрёт? – спросил он. – Нет, он, конечно, пообещал… но всё-таки? А если стырит? Ты её вон сколько писал. Он напечатает её под своим именем и все твои миллионы прикарманит.
Я усмехнулся, махнул рукой.
Сказал:
– Алексей, нужно доверять людям. К тому же, я не вижу других вариантов: работать мне где-то нужно. А эта книга так – первый опыт, тренировка перед будущими великими свершениями. Так что поглядим, как оно обернётся.
Я отправился в комнату с компьютерами, уже привычно прошёл к столу у окна и подумал: «Мои кровные пять очков опыта этот Запарин точно не умыкнёт».
Мысли о том, что походы в редакцию музыкального журнала могут вот-вот завершиться, подстегнули мою работу лучше любых воображаемых миллионных гонораров. Руки сегодня ночью буквально летали над клавишами, едва поспевая за мыслями. В какой-то момент мне показалось, что голова опустела. Я будто бы ни о чём не думал, но текст исправно появлялся на экране монитора. Точно я теперь мыслил не мозгом, а кончиками пальцев, которые сразу же передавали мои идеи компьютеру, касаясь нарисованных на клавиатуре букв. Я пристально смотрел в монитор. Но экран не видел – перед глазами мелькали картинки: не буквы и слова, а сцены из моей новой главы, будто бы оживлённые при помощи мощной нейросети.
Исчезли звуки музыки и голоса игровых персонажей, доносившиеся из колонок на столе Персика. Стихло завывание ветра за окном, не грохотали по клавишам пальцы. Но тишина не наступила. Потому что шумели волны на берегу океана, по которому Властемир из клана Беркутовых брёл навстречу очередным приключениям. Кричали чайки, поскрипывала кожа на доспехах. В пропитанном табачным дымом воздухе я явно уловил аромат морской соли, ощутил прикосновение тёплого ветра на лице. Почувствовал, как прикасались к моим щекам прохладные капли океанской воды. Всё это вскоре сменилось прохладой лесной чащи, голосами певчих птиц, треском сломанных веток под ногами и громкими вскриками пронзённых мечом врагов.
– Сержант, – донёсся будто бы с неба знакомый голос. – Сержант, время.
Я словно проснулся – не в комнате общежития, а сидя за столом у компьютера в редакции музыкального журнала «Нота». Почувствовал жалобы мочевого пузыря, сухость во рту и вибрацию в пальцах, которые замерли над клавиатурой. Исчезли окроплённые кровью лица злодеев – над монитором я увидел голову Персикова.
– Сержант, время, – повторил Персиков. – Скоро явятся Гарик и журналисты. Заканчивай.
В лекционной аудитории меня встретил привычный вопрос Наташи Зайцевой:
– Принёс?
Я вынул из пакета папку, уронил её перед Наташей на столешницу.
Зайцева заглянула в папку, прикинула количество свежераспечатанных на матричном принтере страниц.
– Ого, – сказала она. – Сколько здесь?
– Четыре главы, – ответил я.
– Когда ты успел? – спросила Наташа. – Я ведь недавно у тебя всё забрала.
– Полторы главы сделал в «Ноте» перед работой. Полглавы добил в кафе. Две главы настрочил сегодня ночью…
– Две главы? – удивилась Зайцева. – За один раз? Короткие?
– Обычные, – ответил я. – Чуть больше сорока трёх тысяч знаков в сумме.
– Сколько?!
– Сорок три тысячи. Сам в шоке.
Наташа покачала головой.