— Ну вот с ней-то легче всего. Она типичная деревенская дев… ушка. Образование — умеет писать свое имя и считать деньги, чтобы на рынке не надурили. Кстати, это единственный человек из нашей компании, чья личность подтверждена: именно через нее я вышел на старого Йося, который подтвердил, что она его соседка. А старого Йося вся деревня знает.
— Подожди, а как же Леха? Ты же говорил, что его твой знакомый порекомендовал!
— Ну, как порекомендовал… Сказал, что тот провел его до Зеленого города. При этом ничего конкретного про самого Леху сказать не мог. А вот на Салли мне в деревне чуть ли не досье выложили. Конечно, остается вероятность, что она — шпион, но деревенских обычно в таких операциях не задействуют. Слишком велика вероятность, что они провалятся: слишком ограниченный кругозор и практическое отсутствие абстрактного мышления.
Было немного обидно за Салли, но я понимала, что Марик прав. Сколько раз за день Салли спрашивала у меня такие, казалось бы, простые вещи? Человек, мыслящий столь ограниченно, наврядли привлечет внимание Темного князя.
— Да и женщин редко берут даже в осведомители, — продолжал меж тем Марик. — Слишком велика вероятность, что под влиянием эмоций они не исказят информацию. Или в самый важный момент влюбятся в противника.
— Ну не все же! — обиделась я за свой пол.
— Не все. Но это скорее редкое исключение. Так что, княжна? У нас два — хорошо, хорошо, три! — подозреваемых. Раскладку я дал, что будем делать дальше?
Я помолчала, обдумывая, затем решила:
— Скорее всего, мы застрянем тут на несколько дней. Эшу наверняка потребуется время, чтобы сориентироваться, куда идти. Леха пойдет охотиться — он не будет сидеть сложа руки, пока Эш что-то делает. Тогда мы постараемся допросить их поодиночке.
— Каким образом? — не понял Марик.
— Пойдешь завтра с Лехой, а я поговорю и Салли. Эш, как главный подозреваемый, остается напоследок.
Глава 8
Утро разбудило нас мелким дождиком. Эш заявил, что ему это не помеха и пошел на разведку. Выглядел он еще мрачнее обычного и бросал на нас с Мариком странные взгляды, чем опять поместил себя в первые подозреваемые.
Конечно, немного покоробило такое поведение, но я посмотрела на скудный завтрак, который успела собрать Салли, и подумала, что это к лучшему. Еды едва хватало на четверых или одного Эша — с учетом его непомерного аппетита.
После завтрака Леха, как и ожидалось, сразу же бросился на охоту, Марик увязался с ним. Воин хотел возразить но тут мимо нашей пещеры прошли пара мантикор и помощь мага внезапно перестала казаться неуместной.
Я подсела к Салли.
— Волнуешься?
— Не, вы что, — улыбнулась рыжая. — Я уже вчера перепугалась, что мы помрем… сегодня уже полегче. Тока лошадку жалко…
— Не волнуйся, купим мы тебе новую лошадь, — улыбнулась я. — Будешь на ней в город ездить, а то, небось, ноги сбиваешь?
— Да не, я привычная. Мы ж из простых людей: батя мой всю жизнь на границе кишки драл — солдат он; мамка — травница, она меня и учила…
— А братья или сёстры у тебя есть? — девица была явно настроена поговорить, грех было этим не воспользоваться.
— А то! Трое. Только маленькие они. Так что я мамке-папке всегда стараюсь помочь.
Салли грустно вздохнула и добавила:
— Лошадку им привести хотела, господин маг денег обещал…
У нее был настолько несчастный вид, что я невольно прониклась к ней сочувствием. Какой из нее шпион? Да и женщин, работающих на княжеские рода в любом качестве, кроме… хм… подлежащего можно пересчитать по пальцам одной руки. И молоденькая рыженькая Салли не походила ни на Ясмину Стальгородскую, мать Темного князя, ни на нового члена Совета Черного города, роковую красотку Викторию Миллер.
— Не беспокойся, я же сказала, будет лошадь, — успокаивающе повторила я, — И деньги будут. Надо только дойти до… моего жениха, и…
— А можно три лошади? — внезапно перебила меня Салли.
Я пару секунд пыталась придумать, как ответить на такой вопрос.
— Это тебе с Мариком разговаривать надо, вы же с ним за гонорар договаривались. Да и как-то… знаешь, думаю, на надбавку за телепорт в нейтральные земли поговорить можно, но еще две лошади…
— Хорошо, — просто согласилась Салли и, поймав мой недоумевающий взгляд, улыбнулась, — Папка всегда учил: хочешь проверить человека — поставь ему условия, которые он не потянет. Согласится — значит, уже знает, что кинет.