– А теперь я хочу, чтобы ты сосредоточился на глазах Бишопа. Я хочу, чтобы ты подсчитал, сколько раз в минуту он моргнет. У тебя ведь есть секундомер на этом центре управления НАСА, который ты носишь вместо часов?
Брэнсон озадаченно взглянул на свои наручные часы, словно задумавшись над этим вопросом. У этого навороченного хронографа «Касио» было так много циферблатов и всяких кнопок, что Грейс подозревал: сержант вряд ли знает, для чего нужна хотя бы половина из них.
– Ну да, наверное, – ответил Гленн.
– Хорошо, тогда засекай время.
Брэнсон немного повозился с часами, пока разобрался, что к чему.
– Поехали!
На экране в комнату вошел Рой Грейс и начал допрашивать Бишопа.
«Где вы были прошлой ночью, мистер Бишоп?»
«Спал в своей квартире в Лондоне».
«Может ли кто-нибудь это подтвердить?»
– Двадцать четыре! – объявил Гленн Брэнсон, переводя взгляд с часов на монитор и обратно.
– Точно?
– Да.
– Хорошо. Давай еще раз.
На экране Грейс спрашивал Бишопа:
«В какое время вы были сегодня утром на площадке в гольф-клубе?»
«В самом начале десятого».
«И вы приехали из Лондона?»
«Да».
«Во сколько вы оттуда выехали?»
«Около половины шестого».
– Опять двадцать четыре!
Грейс поставил запись на паузу.
– Интересно, – сказал он.
– Что именно? – уточнил Брэнсон.
– Я решил кое-что проверить. Ты ведь знаешь, что я выписываю журнал по психологии. Так вот, я прочитал на днях об одном эксперименте, который проводили в лаборатории какого-то университета, если не ошибаюсь, Эдинбургского. Автор статьи утверждает, будто бы установил любопытную закономерность: когда люди говорят правду, то они моргают чаще, чем когда лгут.
– Серьезно?
– Ну да, в норме человек моргает двадцать три целых шесть десятых раза в минуту, а если он говорит неправду – то лишь восемнадцать с половиной раз. Между прочим, обманщики действительно сидят очень спокойно: им приходится усердно думать, что сказать, а потому они как бы замирают.
Рой продолжил проигрывать запись.
Брайан Бишоп, казалось, все больше волновался, а под конец и вовсе вскочил и начал жестикулировать.