Вплоть до этого самого звонка из Мюнхена.
Дик Поуп сказал, что они с Лесли были в Зеехаусе[5] в Английском саду, решили покататься на лодке по озеру и внезапно увидели среди толпы посетителей за столом Сэнди, распевавшую вместе с остальными под звуки баварского оркестра. Оба могли поклясться, что это была именно она.
Дик с Лесли подплыли к самому берегу озера и несколько раз окликнули Сэнди. А потом он вылез из лодки и побежал к женщине, но она поспешно ушла. Растворилась в толпе. Сообщив это другу, Дик немного помолчал и добавил, что стопроцентной уверенности у них с женой, конечно, все-таки нет. Вполне могли и обознаться.
Ну что ж, вполне вероятно, что так оно и есть. Все-таки с тех пор, как они последний раз видели Сэнди, уже прошло целых девять лет. А летом в Мюнхене, как и везде, полным-полно привлекательных женщин с длинными светлыми волосами. С другой стороны, Дик утверждал, что сходство просто невероятное. И им с Лесли обоим показалось, что та женщина тоже узнала их. Тогда почему же она покинула свой столик и срочно ретировалась?
Оставив, между прочим, на столе на три четверти полную кружку пива. Они попытались расспросить соседей, но люди, сидевшие рядом с этой женщиной, утверждали, что никогда раньше ее не видели.
Сэнди любила выпить бокал пива в жаркий день. Одним из миллионов, миллиардов, триллионов, квадриллионов качеств, которые так привлекали в Сэнди Грейса, была ее любовь к жизни. К еде и вину, пиву и сексу. Сэнди сильно отличалась от большинства женщин, с которыми Рой встречался до нее. Она была готова испробовать все. Грейс всегда объяснял это тем, что Сэнди не стопроцентная британка. Ее бабушка, которую он еще застал в живых и которая ему очень нравилась, ибо являлась личностью весьма незаурядной, была еврейской беженкой, покинувшей Германию в 1938 году. Их семейный дом находился в маленькой деревушке под Мюнхеном.
«Господи! – Эта мысль сейчас впервые пришла ему в голову. – А не могла ли Сэнди отправиться на поиски своих корней?»
Она часто говорила, что надо бы побывать в фамильном гнезде. Даже пыталась уговорить бабушку поехать с ней и показать, где они жили прежде, но для старой женщины эти воспоминания были слишком болезненными. Грейс пообещал Сэнди, что однажды они отправятся туда вместе.
Резкий хруст, за которым последовал щелчок, вернул Роя к действительности.
Груди Кэти Бишоп были вывернуты наружу, под содранными лоскутами кожи обнажились ребра, мышцы и органы брюшной полости. Сердце, легкие, почки и печень поблескивали. Поскольку сердце Кэти больше не билось, по вогнутому металлическому столу, на котором она лежала, лишь медленно стекала тоненькая струйка крови.
Надюшка, держа в руках что-то похожее на садовые ножницы, начала перерезать ребра мертвой женщины. Каждый очередной сопровождавшийся хрустом щелчок приводил Грейса и всех остальных присутствующих в этой комнате в состояние странного сосредоточенного молчания. Не имело значения, сколько вскрытий вы посетили, невозможно подготовиться к этому звуку, привыкнуть к этой ужасной реальности. Совсем еще недавно теплый, живой, дышащий, дорогой кому-то человек превратился теперь в тушу для разделки.
Сегодня Грейс впервые за все время службы в полиции почувствовал, что не в силах это вынести. Продолжая неотступно думать о Сэнди, он отошел от стола подальше, насколько это было можно сделать, не выходя из помещения.
Рой попытался сосредоточиться. Эту женщину кто-то убил, почти наверняка убил. Она заслуживала большего внимания, чем просто рассеянный взгляд полицейского, зацикленного на возможной встрече со своей давно пропавшей женой. Надо немедленно взять себя в руки, отодвинуть телефонный звонок Дика Поупа на второй план и сконцентрироваться на текущих делах.
Грейс подумал о Брайане, муже погибшей. Вспомнил, как тот вел себя в комнате для допроса свидетелей. Что-то здесь явно было не так. И тут Рой понял, что из-за усталости и растерянности совершенно упустил кое-что из виду.
Есть ведь довольно надежный способ выяснить, правду или нет говорил ему Брайан Бишоп.
22
Софи сошла с поезда в Брайтоне и направилась вдоль платформы. Приложила проездной к турникету и зашагала по полированному полу вокзального вестибюля. Высоко наверху, под огромной стеклянной крышей, пролетел одинокий голубь. По залу разносилось громкое объявление: усталый мужской голос перечислял, на каких станциях сделает остановки какой-то поезд.
Девушка сильно вспотела от липкой, душной жары; в горле пересохло. Она остановилась у газетного киоска, чтобы купить банку колы, открыла ее и осушила в два глотка. Софи отчаянно, ну просто невероятно хотелось увидеть Брайана.
А потом она заметила стопку бесплатных газет. Большие черные буквы заголовка статьи на первой странице сообщали новость: «В ДОМЕ МИЛЛИОНЕРА НАЙДЕНА МЕРТВАЯ ЖЕНЩИНА».
Она бросила пустую банку в мусорное ведро и выхватила из стопки экземпляр газеты.
Под заголовком красовалась большая цветная фотография внушительного особняка в псевдотюдоровском стиле. Подъездная дорожка и часть улицы были огорожены специальной лентой, как это всегда делают на месте преступления, и забиты транспортом, в том числе двумя полицейскими машинами с опознавательными знаками и несколькими фургонами, включая большой квадратный автомобиль отдела по расследованию особо тяжких преступлений. Чуть сбоку располагался еще один снимок, черно-белый, намного меньшего размера. На нем были изображены Брайан Бишоп в галстуке-бабочке и красивая молодая женщина с элегантно-небрежной прической.
Внизу шел текст:
Почувствовав тошноту под ложечкой, Софи уставилась на газетную страницу. Она никогда раньше не видела Кэти Бишоп, даже на фотографиях, и понятия не имела, как та выглядит. Боже, вот так красавица. А какая ухоженная. Софи до нее очень далеко, чего уж греха таить. Эта женщина выглядела такой стильной, такой счастливой, такой…
Девушка бросила газету обратно в стопку, пребывая теперь в еще большем смятении. Брайан всегда избегал говорить с любовницей о законной супруге. Сама же Софи, хотя и жаждала узнать побольше об этой женщине, однако в то же время словно бы пыталась отрицать ее существование. У нее никогда раньше не было романа с женатым мужчиной, и она не одобряла такие вещи, считая подобную связь аморальной.
Но все ее принципы рухнули, когда она встретила Брайана. Он просто очаровал Софи. Загипнотизировал ее. Хотя начиналось это как невинная дружба. А теперь она впервые увидела свою соперницу. И Кэти Бишоп оказалась совсем не такой, как она ожидала. Не то чтобы Софи действительно знала, чего ожидать: Брайан почти совсем никогда не упоминал о жене. Однако Софи нарисовала в своем воображении этакую бабенку с вечно кислой мордой и собранными в пучок волосами. Противную старую козу, которая втянула Брайана в брак без любви. Но оказалось, что на самом деле это была просто сногсшибательная и самоуверенная красавица, которая выглядела очень даже счастливой.
Внезапно Софи ощутила себя совершенно потерянной и задалась вопросом, с какой стати вообще приволоклась в Брайтон. Без особого энтузиазма она вытащила мобильный из дешевой холщовой сумки лимонного цвета, которую купила в начале лета, потому что это было модно, но которая теперь выглядела ужасно неряшливой. Так же как и она сама, вдруг поняла девушка, увидев в зеркале фотобудки свое отражение в мятой офисной одежде.
Надо было сперва зайти домой, принять душ и переодеться. Брайан всегда хотел, чтобы она хорошо выглядела. Софи вспомнила, как недоволен он был однажды, когда она задержалась допоздна на работе и явилась на свидание в шикарный ресторан, не сменив наряд.
Поколебавшись несколько секунд, Софи набрала его номер и поднесла телефон к уху, отчаянно пытаясь сосредоточиться, все еще не подозревая о мужчине в толстовке, который стоял всего в нескольких футах от нее и, по-видимому, рассматривал выложенные на лотке книги в мягкой обложке.
Когда рядом снова прогремело и отдалось эхом очередное объявление, девушка взглянула на массивные часы с римскими цифрами и четырьмя циферблатами.
Без девяти минут пять.
[5] Зеехаус (нем. Seehaus – «Дом у озера») – пивной сад и ресторан на берегу озера Клейнхессенлое в Мюнхене.