Но Весна его не слышала.
Она неотрывно смотрела одну точку перед собой. Своим фирменным взглядом широко распахнутых глаз, в которых отражался страх.
— Там… — она проглотила ком в горле, смотря в чащу.
Через несколько рядов елей, чуть дальше, чем можно было увидеть невнимательным взглядом, находились деревья. Огромные ели были повалены, часть — сломаны в стволах, часть — вырваны с корнем.
А среди них высилась огромная туша, покрытая бурой шерстью.
Я перестал дышать. Весь мой мир сузился до одного силуэта, таящегося среди деревьев.
Медведь-шатун.
Зимой — гарантированная смерть. Он не будет думать, бояться или оценивать риски, как волки.
У него есть только голод и огромная, непреодолимая для невооружённого человека мощь. А ещё — сквернейшее настроение из-за прерванной спячки, в которую он не может вернуться.
Его не победить нашим ножиком.
От него не убежать по зимнему лесу и лесу вообще.
Если он нас заметит, то мы обречены.
Я медленно поднял руку, давая всем знак, чтобы они молчали. Откусили себе языки, но молчали!
Однако, и Весна, и Дарен всё понимали сами.
Мгновение. Другое.
Я медленно повернулся к Дарену и протянул руку, чтобы помочь ему встать. А сам — постоянно осматривался на зверя, который…
…не шевелился. Будто просто спал.
Нет.
Он не спал.
И даже не дышал.
— Мёртв, — одними губами произнёс я. Но мои спутники поняли. Я руками дал им знак, что всё в порядке, а сам медленно двинулся к медведю.
Весна попыталась одёрнуть меня, но я остановил её рукой.
Лучше я убежусь, что медведь действительно мёртв, чем мы пойдём прочь, не зная, что за спиной. Нужно было всего лишь зайти на высокую кочку.
Я двигался медленно. Ставя ногу и плавно перенося вес, чтобы не издать ни малейшего шороха. Снег был ещё рыхлый, тихий.
Но всё равно, каждый раз, когда моя обувь ступала в него — моё сердце колотилось как бешеное. И я молил всех духов, чтобы его не было слышно этому чёртову медведю, если он жив.
Очередной шаг.
Опасная близость, между нами оставалось не более десяти метров. И… тишина.
Поток зимнего ветра коснулся моего лица и всколыхнул шерсть шатуна.
Нет. Он мёртв.
Точно мёртв: не дышал.