Рука с Солнечным Слепком уже выскочила наружу, создавая вокруг поле стабилизирующей силы.
Молнии, которые сами по себе представляли одну из самых нестабильных и скоротечных сил природы, тут же встретились с полной противоположностью своей сути — балансировке Солнечного Слепка. Они разом разлетелись во все стороны: в потолок; стены; одна чуть не угодила в бычий пузырь на окне; ещё две — в печку, оставляя на ней чёрные отметины.
В моей голове пророкотал вой поражённого Барса.
И я понимал, почему…
Но не мог представить, насколько ему было… больно? Сложно?
Потому что прямо сейчас его разорвало на куски и разбросало по залу.
Таков был мой шанс.
Путь свободен!
Я рванул вперёд, приближаясь к барсовой шкуре.
Система, давай!
— ЧТО ТЕБЕ НУЖНО⁈ — прогремел в углу отголосок. Так, забившись, как загнанный зверь, верещал Грозовой Барс. — Я ЛИШЬ ВЫПОЛНЯЮ СВОЙ ДОГОВОР!
— Лжёшь, — невозмутимо поспорил я. — Ты пытался убить моего духа, а до этого только мешал мне. Не нужен этой земле такой страж. Прямо сейчас ты приносишь куда больше вреда, чем любой другой дух в этом лесу. Включая Жертвенного Медведя.
— ЧЕГО ТЫ ХОЧЕШЬ⁈ — затрещали маленькие молнии в углу. — Я НЕ БУДУ ТВОИМ РАБОМ, ВИДЯЩИЙ! И НЕ НАРУШУ СВОЙ ДОГОВОР!
Из груди вырвался вздох.
Какой ещё раб⁈ Что он придумал⁈
— Ты мне не нужен. Как раб — точно. Даже как дух-союзник, — я держал Солнечный Слепок в вытянутой руке, не опуская ни на мгновение. Чисто на всякий случай. — И заставлять тебя нарушать твой договор я не собираюсь. Но и не позволю устанавливать здесь свои правила, потому что шаман здесь — я! Ты должен признать это и усвоить, раз и навсегда.
Протяжённый рык был мне ответом. Но он не спорил, а лишь внимательно смотрел на меня.
Я продолжил:
— Прямо сейчас мы с тобой заключим договор, по которому ты признаёшь меня хозяином этого дома, который сам решает, кто сюда заходит, а кто — нет. И признаешь за мной все остальные права хозяина. Затем ты рассказываешь мне, где найти «силу», с помощью которой я одолею духа медведя. Ту самую, о которой ты упоминал. Не так много, правда? А в остальном — выполняй свой договор, я в него не лезу.
— Не могу! — почти взвыл он. — Только род Видящих может быть здесь хозяевами! Только те, в чьих жилах кровь Белозара! Таково было условие моего договора!
Да чтоб его… как же…
Хотя, у меня была мысль.
— Я здесь за него. Временно. С духами Святилища у меня тоже был договор — подготовить шамана, который сменит меня, когда я покину долину. И им будет один из потомков Белозара: Дарен или Весна. Они — кровь Белозара, а я — тот, кто заменяет их.
— Нельзя… запретное…
— А что ты скажешь на то, что шаман сам передал мне свой Дар? Я ведь не мог стать шаманом. Кровь не та, — я положил ладонь себе на грудь. — Но Белозар передал мне свою силу, а с ней — и право на хозяйство.
Барс замолчал.
Задумался.
— Что, не чувствуешь? — спросил я и, взглянув на него периферийным зрением, с помощью Намерения увидел его духовное тело.
Он выглядел паршиво.
Тёмное тело выглядело полупрозрачным, а местами — почти насквозь просвечивало. Будто из его тёмной фигуры вырвали клочья.