— Только один совет. — Он кивнул на велосипед. — Это утопи.
— В смысле?
— В прямом. Не прячь, не оставляй. Утопи в реке.
Я нахмурился.
— Жалко.
Петрович усмехнулся.
— Серёга, когда человек прячется, он должен забыть слово «жалко». Себя пожалей. Найдут «Урал» на берегу — сразу будет понятно, что кто-то сюда пришёл. А если он на дне лежит — всё. Конец следу.
Я подумал пару секунд и кивнул. Петрович прав, о том, что делать с велосипедом в запарке я как-то не подумал.
— Ладно. Утоплю.
— Вот и правильно.
Он вдруг полез в карман и достал небольшой металлический фонарик.
— Держи.
Я взял его.
— Динамический, работает пока рукой качаешь, зато батарейки не нужны. Надежная вещь, и водонепроницаемая. Как раз то, что тебе нужно.
— Спасибо.
— И ещё…
Он быстро зашел в сторожку и вернулся с холщевым мешком в руке. Я взял его, заглянул внутрь и чуть не выругался.
— Ты издеваешься?
— Соль.
— Я вижу, что соль. Тут килограмм десять!
Петрович усмехнулся.
— На реке поймёшь зачем. Рыбу поймаешь — засолишь. Не всё же сразу жрать.
— Мне её на горбу тащить.
— Ничего, не переломишься. — Он подмигнул. — Зато потом спасибо скажешь и насолишь мне воблы к пиву.
Я фыркнул.
— Если вернусь.
— Вернёшься, — спокойно сказал он. — Только голову не теряй.
Мы немного помолчали. Потом он протянул руку, и я крепко её пожал.
— Ладно, рыбак, — сказал Петрович. — Иди. Пока темнота твоя.
Я покатил велосипед к выходу. Уже у ворот он негромко сказал мне вслед: