Под маской зла. Как профайлеры ФБР читают мысли самых жестоких серийных убийц: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Я подумал, что в этот период жизни преступник, скорее всего, испытывает сильный стресс. Тип и детали преступления не позволяли предположить, женат ли он или состоит в отношениях с женщиной, поэтому его стресс должен был быть обусловлен причиной иного рода. Возможно, у него возникли проблемы на работе или его внезапно уволили. Может, он проживает у родителей или у старшего родственника и подвергся какому-то давлению с их стороны. Но в чем бы ни заключалась причина, она была так или иначе связана с более общей проблемой с его самооценкой. Возможно, у преступника есть физические изъяны, нарушения речи, плохой цвет лица или еще какие-нибудь недостатки, которые, как ему кажется, ставят его в невыгодное положение перед ровесницами. Я подумал, что он из числа тех, кто охотно играет с соседскими детьми и предпочитает общаться с людьми моложе себя.

Во время борьбы с жертвой преступник испачкался в крови, поэтому сразу после убийства должен был вернуться домой, чтобы помыться и почиститься, возможно, даже уничтожить одежду, которая на нем была. Любой очевидец такого постпреступного поведения понял бы, что что-то не так. Были бы заметны и перемены в обычном поведении – повышенная нервозность, зажатость, проблемы со сном, злоупотребление алкоголем или курение. Если он жил в том же районе, его наверняка опросили в полиции. Чтобы отвести от себя подозрения, он должен был проявить себя крайне услужливым и готовым помочь, а также всячески пытаться включиться в процесс, чтобы следить за ходом следствия. Этот человек не замышлял убийство, поэтому не имел продуманного плана ухода от ответственности. Он не уедет из этих мест, даже если посчитает, что находится под подозрением, ведь это могут воспринять как дополнительное доказательство его вины. Кто-то из окружающих мог обратить внимание на его потребность вернуться к месту обнаружения тела, и он наверняка придумал для этого уважительную причину. Я также обрисовал ряд проактивных методов, полезных для изобличения преступника. Наутро я передал детективам запись, и они сразу же приступили к ее расшифровке.

Вскоре я узнал причину такого горячего интереса Шепарда и Фицпатрика. Один из опрошенных в ходе следствия практически полностью соответствовал моему психологическому портрету. Мужчину звали Гай Пол Морин, ему было под тридцать, и он проживал в доме своих родителей, расположенном по соседству с домом Джессопов. Он увлекался музыкой, играл на кларнете в местном любительском оркестре, и Кристина хорошо знала его. Имелись и серьезные вещественные доказательства в виде следов крови, соскобов краски со стен его дома и волокон одежды Кристины.

В апреле 1985 года Морина арестовали и предъявили ему обвинения, но получить от него признание в ходе допросов не удалось. Полагаю, местные жители неоднозначно отнеслись к этому аресту. В их представлении Кристину мог убить только чужой человек, а никак не тот, кто ее знал. При этом Гай Морин совсем не походил на чудовище, способное на что-либо подобное. Как, впрочем, и Пол Бернардо.

Через некоторое время полиция отправила в тюрьму сотрудника под прикрытием, которого подсадили к Морину под видом сокамерника. В Канаде такие приемы считаются законными. На первом суде этот сотрудник показал, что высказывания Морина убедительно свидетельствовали о его виновности, которую тот категорически отрицал.

Дальнейшие события приняли неловкий и печальный оборот. Родители Кристины развелись, родители Морина разорились, а его отец серьезно заболел.

На первом суде, который проходил в начале 1986 года в Лондоне, провинция Онтарио, Морин не признал себя виновным. При этом в разгар слушаний его адвокат заявил присяжным, что в случае их решения о виновности сторона защиты будет настаивать на признании Морина невменяемым. Присяжные оправдали Морина за недостаточностью улик.

Государственный обвинитель обжаловал это решение, что само по себе было необычно, и в июне 1987 года апелляционный суд провинции Онтарио отменил вердикт и вынес решение о пересмотре дела. На следующий год Верховный суд Канады оставил в силе решение апелляционной инстанции.

В конце 1991 года начался второй шестимесячный процесс, результатом которого стал обвинительный вердикт, вынесенный присяжными после восьмидневного совещания. Морина отправили в тюрьму.

Однако в 1995 году анализ ДНК, который было невозможно провести в середине 1980-х – начале 1990-х, показал, что ДНК Морина из пробы крови не совпадает с ДНК в сперме, обнаруженной на белье Кристины. Морина освободили и оправдали. А дело Кристины Джессоп вновь перешло в категорию нераскрытых.

Как служащим правоохранительных органов и родителям, нам неприятно видеть такие путаные и неоднозначные результаты. Считаю ли я по-прежнему, что Гай Пол Морин виновен в убийстве Кристины Джессоп? Это решать суду, а не мне[8]. Никто из сотрудников нашего отдела не претендует на способность назвать имя конкретного преступника. Все, что мы можем – на основании предоставленной информации описать тип его личности и возможное предпреступное и постпреступное поведение. Этим мы пытаемся помочь следствию сузить круг подозреваемых. Я по-прежнему твердо убежден, что Кристину убил человек, который жил в том же районе, хорошо ее знал, увлекался музыкой, был эмоционально незрелым, нелюдимым, одиноким, имел проблемы с самовосприятием и предпочитал общаться с людьми моложе себя.

Кроме того, я считаю, что по прошествии столь долгого времени сохранность вещественных доказательств могла пострадать. При этом я с самого начала испытывал серьезные сомнения в возможности получить безошибочные результаты экспертизы, поскольку и тело, и одежда жертвы были обнаружены на месте преступления в крайне плохом состоянии.

Вдобавок к этому еще после первого суда всплыл целый ряд постыдных и крайне удручающих подробностей, в том числе то, что старший брат Кристины Кеннет и некоторые из его друзей совершали с девочкой развратные действия, начиная с ее четырехлетнего возраста. Пусть это покажется шокирующим, но я не уверен в том, откуда именно взялись пятна спермы на ее белье. Возможно, анализ ДНК стал в этом деле источником серьезных заблуждений, что время от времени случается.

Версий может быть сколько угодно, но, боюсь, дело об убийстве Кристины Джессоп может стать одним из прискорбных случаев, в которых восстановить истину и справедливость не удается.

Насильственные преступления против детей, бесспорно, худшее из всего, чем мне доводилось заниматься в моей профессиональной деятельности. Увиденные однажды места преступлений и их фотографии остаются с тобой навсегда. После того, что я увидел своими глазами и узнал на собственном опыте, моим первым порывом было приковать моих маленьких детишек к себе или жене наручниками и ни на минуту не выпускать их из виду.

Наша задача состоит в поиске золотой середины между ограждающим контролем и предоставлением детям возможностей для самостоятельного развития и взросления. Когда Эрика впервые взяла нашу машину и поехала на свидание, я превратился в сплошной комок нервов. Один из моих ближайших друзей по отделу, на редкость добродушный человек с прекрасным чувством юмора, устраивал чуть ли не допросы приятелям дочери, прежде чем отпустить ее с ними. Просто всем нам пришлось повидать слишком многое.

Полагаю, лучшее, что мы можем сделать как родители, это оставаться начеку, быть информированными и добросовестно учить своих детей, не запугивая и не заставляя бояться каждой тени. Мы должны служить образцом безупречного поведения и порядочности, чтобы дети знали, что к нам всегда можно обратиться с чем угодно. И, признаюсь, это отнюдь не простая задача.

Глава 4. Нет ничего святого?

Шестилетняя Кассандра Линн Хансен, или просто Кэсси, жила в Игене – южном пригороде города Сент-Пол в штате Миннесота. Она была на год старше моей дочери Эрики, и, когда я увидел на фотографии темно-русые волосы, локонами падающие на плечи, мне захотелось сравнить ее с очаровательной маленькой феей. Лучезарная улыбка с ямочками на щеках могла бы наполнить радостью самый хмурый день.

Вечером 10 ноября 1981 года Кэсси вместе со своей матерью и младшей сестрой была на всенощном бдении на цокольном этаже евангельской лютеранской церкви Иеговы в Сент-Поле. Кэсси сказала матери, что ей надо в уборную, вышла в коридор и поднялась по лестнице, разыскивая женский туалет. Одна из прихожанок встретила ее по пути. Больше Кэсси живой не видели. Так и не дождавшись возвращения дочери, ее мать Эллен отправилась в женский туалет, включила свет и огляделась. Там было пусто. Она вышла из церкви и несколько раз позвала дочь. К поискам подключились другие люди. Так и не обнаружив Кэсси, они вызвали полицию.

На следующее утро тело девочки в нежно-голубом платьице обнаружили в мусорном контейнере на задворках автосервиса на Гранд-авеню, примерно в трех милях от церкви. Ее туфельки из черной искусственной кожи с пряжками нашли в двух кварталах оттуда. Исчезли только заколки из прически.

Убийство этой маленькой девочки было одним из самых душераздирающих случаев в моей практике. В то же время раскрытие этого дела наглядно продемонстрировало, насколько успешным может быть использование проактивных стратегий с привлечением целеустремленных и мужественных граждан. Жители города отреагировали на убийство Кэсси искренним ужасом, отвращением и скорбью. Если милого и жизнерадостного ребенка похитили прямо с церковной службы, из дома Господня, и лишили жизни, то есть ли на этом свете хоть что-то святое?

Патологоанатом не обнаружил свидетельств сексуального надругательства, хотя и нашел пятнышки спермы и несколько лобковых волос на темно-синих колготках Кэсси. Сперма соответствовала первой группе крови, что было важно знать, поскольку у самой Кэсси была третья группа. Причиной смерти стало лигатурное удушение, судя по кровоподтекам, для этого использовали ремень шириной в два с половиной дюйма. Следы в области груди указывали на использование другого ремня для фиксации верхней части туловища. Еще одну подробность полицейские утаили в качестве «контрольной» для выявления возможных ложных признаний: на голове и лице шестилетней Кэсси имелись царапины и следы побоев.

Родители Кэсси разъехались, и она осталась жить с матерью. Полиция быстро установила, что оба родителя находятся вне подозрений. Эллен рассказала следователям, что научила Кэсси громко кричать, если она почувствует угрозу со стороны постороннего человека, и девочка твердо усвоила важность этого урока. Незадолго до похищения Кэсси увидела, как ее четырехлетняя сестра Ванесса разговаривает с каким-то незнакомцем, и силой увела ее домой.

Как это часто бывает, рассказы очевидцев были довольно путаными и противоречивыми. Женщина, встретившая Кэсси на лестнице в церкви, вспомнила также, что видела белого мужчину лет пятидесяти шестидесяти с грубоватыми чертами лица, седеющими волосами и в очках в темной оправе. Агент по продаже недвижимости, находившийся во время похищения на улице, в квартале от церкви, заметил белого мужчину лет тридцати, несущего на руках неподвижного ребенка, по виду девочку лет шести-семи. Позднее похожего по описанию человека видели возле переулка, ведущего к мусорному контейнеру, в котором нашли тело.

Расследование дела вело полицейское управление Сент-Пола при деятельном участии регионального офиса ФБР в Миннеаполисе. Они разрабатывали несколько перспективных версий, но минуло Рождество, наступил Новый год, а арестовать преступника все еще не получалось. Этого хотели все. Каждый жаждал найти убийцу малышки.

В конце февраля 1982 года спецагенты Билл Хэгмайер и Брент Фрост из Миннеаполиса обратились ко мне с просьбой создать психологический потрет преступника. Это был мой самый первый опыт сотрудничества с Биллом, имевший неожиданно счастливое продолжение. Спустя год его перевели в Куантико, в наш отдел поведенческого анализа. Когда в декабре 1983 года я был при смерти в Сиэтле, Билл организовал сбор средств, чтобы доставить ко мне в больницу жену и отца. Впоследствии он перешел в мой отдел сопровождения расследований и был одним из его ключевых сотрудников вплоть до моего ухода в отставку весной 1995 года. Сейчас он возглавляет отдел серийных убийств и похищений детей в Куантико.

3 марта, проанализировав все относящиеся к делу материалы, я представил психологический потрет преступника на продолжительном совещании с Биллом, Брентом и представителями полиции Сент-Пола, которые занимались этим делом. Шеф отдела убийств и преступлений на сексуальной почве, капитан Дональд Труйен в январе был на семинаре в Куантико, где присутствовал на презентации моего отдела. В совещании также участвовали заместитель начальника полиции Роберт Лабат, лейтенант Ларри Макдональд и сержанты Роджер Нидхэм и Даррелл Шмидт. Как было заведено у нас в Куантико, единственным, что мне не требовалось от следователей, были их собственные наработки по части подозреваемых. Я должен был оставаться объективным и исходить в психологическом порете исключительно из предоставленного мне фактического материала.

Учитывая характер преступления, то есть похищение в церкви, я предположил, что мы имеем дело с белым мужчиной, который уже давно, возможно, всю жизнь, испытывает влечение к детям. Я был практически уверен, что это преступление совершил человек одной расы с Кэсси и что оно не было совершенно спонтанным, хотя и не планировалось заранее. Этот человек часто посещал места, где бывают дети, где он мог беспрепятственно наблюдать за ними с близкого расстояния, и где бдительность родителей ослабевает. Одной из основных трудностей в создании психологического портрета преступника является определение его возраста, поскольку эмоциональный и эмпирический опыт преступника не всегда соответствуют количеству прожитых им лет. Хотя практика показывала, что патологическое влечение к детям проявляется в возрасте от двадцати до двадцати пяти лет, я считал, что этому преступнику должно быть по меньшей мере за тридцать. Тем не менее я отметил, что исходить из этого в розыскной работе не стоит.

За четыре месяца до данного случая я работал по делу печально известного «убийцы с пешеходной тропы», который убивал женщин, гулявших в лесопарках к северу от Сан-Франциско. Специфика преступлений указывала на белого мужчину лет тридцати, а арестованному учителю труда из Сан-Хосе Дэвиду Карпентеру было пятьдесят. Но впервые он отсидел за преступления на сексуальной почве в возрасте за двадцать, как мы и предполагали. Как бы то ни было, вне зависимости от возраста убийцы Кассандры Хансен, я считал, что ранее он уже не раз совершал половые преступления по отношению к детям, хотя и гораздо менее серьезные, чем убийство. Он сумел быстро и ловко вынести девочку из церкви, что свидетельствовало об определенном уровне искушенности и навыков. Возможно, похищение из церкви доставило ему дополнительные острые ощущения (я беседовал с немалым числом растлителей детей, и они признавались, что их реально возбуждала задача вывести ребенка из толпы так, чтобы никто не заметил и не остановил их).

[8] На самом деле Морин действительно был невиновен в этом преступлении. Реального убийцу девочки канадская полиция установила лишь в 2020 году. (Прим. пер.)