Все оборачиваются.
По полу ползёт краб. Панцирь блестит в свете свечей, клешни щёлкают. Он деловито пробирается между ногами гостей, направляясь… куда?
К столу со сладостями. Конечно.
— Что за…
— Это чудовище!
— Убейте его!
Встаю, поднимаю руку.
— Спокойно! — голос перекрывает шум. — Не бойтесь. Это мой… пёсик.
Тишина. Все смотрят на меня.
— Пёсик⁈ — переспрашивает дама в шляпке.
— Ну, что-то вроде., — пожимаю плечами. — Домашний питомец. Он безобидный. Зовут Клац.
Краб, будто понимая, что о нём говорят, останавливается. Поворачивает голову ко мне. Щёлкает клешнями — клац-клац.
Потом — уползает под стол. Устраивается там, затихает.
Несколько секунд — тишина.
Потом раздаётся смех. Сначала смеётся Кабанский, потом Котов, потом — все.
— Пёсик! — хохочут гости. — Клац!
И праздник продолжается.
Сажусь обратно. Оля рядом — улыбается, но глаза грустные. Она старается не показывать, но я вижу — события последних дней оставили след.
Губернатор. Унижение. Страх.
Беру её руку под столом. Сжимаю.
— Всё хорошо?
Она кивает, но не очень убедительно.
— Всё хорошо.
Молчим. Смотрим на танцующих. Встаю. Поднимаю бокал.
— Тост!
Музыка стихает. Все поворачиваются ко мне.
— За молодых, — начинаю я. — За Толика и Машу.
Пауза. Собираюсь с мыслями.
— Любовь… Любовь появляется там, где не ждёшь. Ей плевать на религии. На запреты общества. На разницу в положении. Она просто приходит — и меняет всё.
Смотрю на молодожёнов. Они держатся за руки, смотрят друг на друга.