Один из летунов пикирует прямо на меня. Вижу его глаза — чёрные, бездонные, голодные.
И отпускаю огонь.
Не сдерживаюсь. Не экономлю. Выпускаю всё, что есть.
Пламя вырывается из моих рук — стена огня. Огонь охватывает летуна ещё на подлёте и мгновенно воспламеняет перепончатые крылья.
Тварь визжит — страшный, нечеловеческий звук. Падает на землю, катается, пытаясь сбить пламя. Но мой огонь не гаснет. Он горит, пока я хочу, чтобы он горел.
Через несколько секунд — пепел.
Разворачиваюсь к остальным.
Ещё один летун — пламя охватывает его в воздухе, он падает факелом. Ещё один — врезается в землю, крылья догорают.
Оставшиеся твари видят, что происходит. Видят своих сородичей, превращающихся в пепел. Разворачиваются, улетают прочь.
— Да! — орёт Цыпа. — Так их!
Но бой ещё не окончен. Бурые муравьи, воодушевлённые прибытием летунов, перешли в контратаку. Давят на наши позиции, пытаются отбить потерянные траншеи.
— Держать строй! — командую я. — Не отступать!
Муравьи-союзники усиливают давление. Фёдор координирует через переводчик, направляет их в слабые места вражеской обороны.
Не знаю, сколько времени проходит, руки уже болят махать битой, да и от огня ощущение жжения, несмотря на то, что я здесь как рыба в воде — напитываюсь магией и становлюсь сильнее.
Бурые муравьи ломаются. Отступают. Бросают позиции, бегут на север, к своему гнезду.
Победа! И превращаться в гигантскую тварь не понадобилось, это радует, силы мне ещё пригодятся.
Смотрю на поле боя. Раненые стонут, кто-то кричит. Но мы выстояли. Мы победили.
— Пойдём следом? — спрашивает Котов, подходя ко мне.
— Нет. Закрепляемся здесь. Теперь это наша территория.
Он кивает.
— Правильное решение.
Война продолжается.
Лагерь разбиваем на отвоёванной территории.
Раненых перевязывают — у нас пятеро с серьёзными травмами, ещё десяток с царапинами. Среди союзников потери больше — двадцать три мёртвых муравья, ещё десятки ранены. Но для такого боя — приемлемо.
Думаю, если бы они пошли одни, потери были бы куда более колоссальными, а то и фатальными.
Котов стоит рядом со мной, осматривая трофеи. Остатки тел летунов — ценный материал. Чешуя, когти, что-то вроде желёз в горле — всё это можно использовать.
— Неплохо, — говорит он. — Очень неплохо.
— Могло быть хуже.
— Могло, — он поворачивается ко мне. — Твой огонь… Что у него с цветом?
— Фиг знает, такой достался в наследство от матери, — повторяю я привычную отговорку.