Дальше я уже не смогла разобрать ее слова, так как Оля принялась громко плакать в трубку. Роберт еще раз напомнил ей про справку и завершил вызов. Я же замерла в его полу объятьях, боясь показать, что подслушивала разговор.
Я ведь не специально! Да я бы с радостью этого не услышала, но…
Теперь я убедилась, что опасность вчера действительно существовала.
Выходит, Оля заявила на меня, и если бы Роберт не забрал заявление, то ко мне бы уже пришли из полиции. Значит, он сдержал обещание и защитил меня?
– Хочешь еще поваляться? – спросил он, и я вздрогнула.
Я поняла, что этот вопрос адресовался мне. Однако я так растерялась, что решила претвориться спящей.
А что если и мне влетит за то, что я подслушивала? Этот Роберт такой строгий.
– Тебе пора, Сонечка, – он поднял мое лицо. – Я знаю, что ты не спишь. Через час мне нужно быть в клинике, лично проследить, чтобы Оля дошла до врача. Так что я отвезу тебя домой.
Я распахнула глаза и закивала.
Вот оно – мое спасение. Роберт сам избавляется от меня. Может я ему и не понравилась совсем, поэтому он решил не продолжать свои слишком настойчивые ухаживания. Но почему-то мне стало неприятно от этого. Я снова ощутила себя брошенной и использованной. Понятно, что Роберт не взял меня, но мне все равно сейчас было неприятно.
– Встретимся завтра вечером, – сообщил он. – На сегодня у меня уже есть планы, а завтра я заберу тебя в районе восьми.
Я кивнула и села на кровати. Я вовсе не была согласна на свидание с Робертом. Я сделаю все, чтобы пропустить эту встречу. Просто теперь хотелось уйти от Роберта как можно скорее.
– Да… твоя одежда… – задумался он. – Вчера я ее испортил. Надо что-то придумать.
– Я зашью, – торопливо ответила я. – Дома. Не здесь. Я не задержу вас, не волнуйтесь.
Я подсела ближе к краю кровати, чтобы слезть, но Роберт меня остановил.
– Соня, – он улыбнулся кончиком губ, – иди ко мне.
– У нас нет времени, – я испуганно сглотнула. – Вы ведь сами сказали…
Я не успела договорить так как Роберт притянул меня к себе и грубовато впился в мои губы. Я пискнула и уперлась в его плечи ладошками. Роберт резко уложил меня на спину и навис сверху, а затем уперся бедром мне в промежность. Он уперся так плотно, что я мгновенно почувствовала там напряжение, и оно перешло в низ живота.
Роберт тем временем уже проник в мой рот языком и сильнее потер бедром мою промежность.
Я задрожала. Он ведь касался моей ничем не прикрытой промежности голой ногой. Я все чувствовала и… самое страшное, что когда он потерся еще раз, то я ощутила в этом месте влагу.
– Сладкая девочка, – довольно рыкнул он, когда разорвал поцелуй. – Твое тело уже готово, так что завтра ты станешь моей.
Я молчала и даже не пыталась возразить. Пусть думает что хочет, мне главное поскорее оказаться дома!
Наконец Роберт отпустил меня – пристыженную и растерянную, и позволил одеться.
Я смогла завязать бретельку сарафана так, что он не спадал с груди. Затем я надела косуху и рваную бретельку уже было совсем не видно. А вот трусики, похоже, спасти не удастся.
Наконец Роберт вызвал мне такси и усадил.
– Это тебе, – он положил мне на колени несколько крупных купюр, – потом купишь себе новый сарафан и белье.
Я опустила глаза, почувствовав себя продажной женщиной.
Мне уже и деньги дают за ночь. Какой позор!
– Сонечка, – Роберт мягко поднял мое лицо за подбородок. – Не обижайся и даже не думай сбежать от меня. Я тебя везде найду. Так что до завтра, Сонечка. Я уже жду.
Глава 17.