— Это просто потрясающе, — говорю я, оглядываясь вокруг. В помещении играет живая музыка, а двери на террасу открыты, открывая прекрасный вид на огни города, расположенного за много миль.
Когда он тянется через стол, чтобы взять меня за руку, я не отстраняюсь. Его прикосновения приятны, и я так сильно скучала по ним, по нему. Я и не представляла, насколько сильно, пока не увидела его вновь.
— Ты та, кто делает это потрясающим, Ванесса, — говорит он мне. Я понимаю, что он пытается подбодрить меня, заставить забыть все те ужасные вещи, которые говорят о нем в мире. И действительно, когда я нахожусь рядом с ним, я забываю обо всём. Как может быть таким человек, которого они описывают как безжалостного преступника?
Мы ведём светскую беседу, но это неправильно. У нас никогда не было поверхностных разговоров. Я хочу задать так много вопросов, но боюсь, что не знаю, как буду реагировать на ответы. Поэтому я откладываю их на потом.
Когда на столе появляется еда, я чувствую облегчение. Мне не нужно придумывать, что ещё сказать. Я замечаю репортёра, который фотографирует нас, но он уже отходит, и одна из официанток просит его подождать снаружи.
Мы наслаждаемся восхитительными блюдами, а вино настолько вкусное, что я забываю о том, что ему не нравится, когда я пью. Он считает, что я ещё слишком молода, и это его беспокоит. В Европе и Америке отношение к алкоголю различается, и я думаю, что он иногда забывает, что в первую очередь он итальянец. Когда я осознаю это, то начинаю пить вино медленнее. Я вспоминаю, как в нашу первую встречу он сказал, что не прикоснётся ко мне, если я буду пьяна.
Когда тарелки уносят и приносят десерт, Лоренцо предлагает нам насладиться им на террасе. Внутри ресторана слишком жарко, а свежий вечерний воздух и великолепный вид на город только приветствуются. Он выдвигает стул из-за единственного свободного столика на улице.
Виноградные лозы, покрывающие беседку, создают ощущение, будто мы находимся далеко от города. В воздухе витает свежий аромат, а лёгкий ветерок шевелит листья. Краем глаза я замечаю в дверном проёме человека с фотоаппаратом, которого мы уже видели ранее. Я оборачиваюсь, чтобы поделиться этой мыслью с Лоренцо, но не успеваю ничего сказать, как он уже стоит передо мной на одном колене с открытой коробочкой. На его лице играет нервная улыбка.
Этого не может быть. Это просто не может быть правдой.
— Ванесса, — говорит он, и я отчаянно хочу, чтобы он встал и прекратил это. Я в смятении и вижу, что все до единого люди внутри смотрят на нас. Они наблюдают за нами, ожидая, что я скажу. Я не могу отказать, когда все смотрят на меня! Я не могу даже подумать об этом, потому что все они затаили дыхание.
Моё сердце бешено колотится, а колени подкашиваются.
— Я знаю, ты сейчас злишься на меня. Но я люблю тебя и не могу представить свою жизнь без тебя. Пожалуйста, могла бы ты провести со мной вечность? Ты выйдешь за меня замуж? — Спрашивает он, и я вижу, как вспышка фотоаппарата освещает всё вокруг нас. Я хочу сказать «нет», но в то же время хочу сказать «да». Мне нужно подумать об этом, побыть наедине с мыслью о том, что я выйду за него замуж.
За моей спиной люди хлопают в ладоши, и звук их восторга только ещё больше сбивает меня с толку.
Я хочу спросить его, могу ли я подумать об этом, но он надевает кольцо мне на палец, встаёт и целует меня прежде, чем я успеваю произнести хоть слово. Он не просил меня выйти за него замуж, он просто сказал, что я выйду. Я не могу избавиться от этого чувства. Я по уши влюблена в очень влиятельного человека, который никогда не примет отказ ни от кого.
Из столовой позади нас доносятся аплодисменты и одобрительные возгласы, а Лоренцо обхватывает моё лицо ладонями, заглядывая мне в глаза. Мои опасения рассеиваются, когда я чувствую, как сильно он меня любит, и я счастлива быть его невестой. Я киваю, всё ещё не в силах произнести «да», и он снова целует меня, а над виноградниками под нами вспыхивают фейерверки. Он приложил немало усилий, чтобы сделать это предложение романтичным, и когда моя голова наконец перестаёт кружиться, я смотрю на огромный камень у себя на пальце, и ошеломлена тем, насколько кольцо великолепно.
Фотограф, конечно, не репортёр, но он здесь, потому что Лоренцо хотел, чтобы я запечатлела этот момент. Он также опубликует статью в своей газете.
Владелец ресторана и виноградника подошёл, чтобы поздравить нас с шампанским и десертом. Он обнял Лоренцо, и я поняла, что они друзья, и что этот неторопливый темп жизни характерен только для мафии. Лоренцо ввёл меня в самое сердце своего мира, в ту его часть, которую раньше скрывал от меня.
Это был его способ раскрыться и показать мне всего себя.
— Миссис... Альотти, вам оно подходит, — говорит он мне с улыбкой, и мне нравится, как это звучит. — Я боялся, что ты откажешь.
Я ничего не ответила, он так и не дал мне шанса. Но теперь уже слишком поздно отказываться, наверное, весь мир уже знает.
Я улыбаюсь ему и пытаюсь представить, что бы я сказала, если бы он дал мне шанс. Что-то внутри меня подсказывает, что я бы сказала «да», но не из страха, а потому что я действительно люблю его.
ГЛАВА 17
ЛОРЕНЦО
После ужина в честь нашей помолвки я отвёл Ванессу домой, и мы занялись любовью. Это было как в первый раз, только в этот раз я старался показать ей, как сильно я о ней забочусь. Я выразил ей свою любовь. С тех пор я не отпускал её ни на одну ночь.
Мужчины в моей жизни всегда считали, что если у вас одна женщина, то секс со временем становится рутиной или исчезает вовсе. Но я не чувствую ничего подобного, я всегда хочу большего с ней. Я никогда не насыщаюсь ею. Ни одна другая женщина не сможет привлечь моё внимание так, как это делает она.
Я не могу оторвать от неё свои руки. Кажется, осознание того, что она моя, делает её ещё более привлекательной и неотразимой. Когда я вижу её, мой член реагирует на неё так же сильно, как и моё сердце. Ванесса обладает властью надо мной, которую я не могу игнорировать. Я бы не выжил без неё, и я знаю, что сделал правильный выбор, попросив её выйти за меня замуж.
— Что ты делаешь? — Спрашиваю я, всё ещё нежась в постели.
— Собираюсь на занятия, — отвечает она с лёгкой ухмылкой. — А ты что думал?
Её дерзкая улыбка — словно игривое поддразнивание.
— Кажется, ты дразнишь меня, и я думаю, тебе лучше вернуться в постель, — предлагаю я. Но она лишь качает головой, отказываясь.